Святая княгиня, преподобная Анна Новгородская

 Память ее празднуется месяца февраля в 10-й день  и месяца октября в 4-й день

 + 1050-1051

Cвятая Анна была дочь шведского короля Олафа Скетконунга. На своей родине она была известна под языческим именем Ингигерды, так как в Швеции, равно как и в других северных странах того времени, еще не было обычая употреблять христианские имена, даваемые при крещении. Христианским  ее именем, которым она называлась в России, было Ирина. Имя Анны принято ею перед смертью при пострижении в схиму. Время и обстоятельства крещения ее точно неизвестны. Отец ее, король Олаф, бывший первым христианским королем Швеции, принял крещение в зрелом возрасте перед 1000 годом в источнике Гусабы, близ  города Скары в западной Готландии, от английского епископа Зигфрида. По одним сведениям, вместе с ним тогда же крестилось и все его наличное семейство, по другим - мать и младший брат святой Анны, следовательно, также и Анна, были крещены по приказанию короля (в одно время или разновременно) после 1000 г. первым шведским епископом Турготом, вызванным королем Олафом из Бремена.

Святая Анна принадлежала к самому благочестивому и достойному семейству своего времени. Король Олаф отличался глубокой набожностью, возвышенностью духа и благородством мыслей, был мудр и деятелен в делах правления и не имел себе равного по решительности и храбрости на войне.

Пылая огнем ревности к вере, он в продолжение всего своего царствования с великим воодушевлением и неустанно трудился над христианским просвещением своей языческой страны. Он находился в сношениях по делам  верыс римским, английским и германским духовенством и был прозван современниками «христианнейшим королем». Мать святой Анны, королева Эстриди, происходившая из самого знатного рода Швеции, была известна своим выдающимся умом, любвеобильным сердцем и великодушием. Все дети их отличались прекрасной наружностью и высокими духовными дарованиями.

Вопреки господствовавшему тогда обычаю отсылать детей на воспитание к родственникам или знакомым, которому следовал и король Олаф по отношению к некоторым из своих детей, святая Аннас детства воспитывалась под кровом и непосредственным влиянием родителей. Вместе с ними она пребывала сначала в городе Упсале, затем  попеременно то в  построенной королем на морском берегу Новой Сигтуни, то в городе Скаре, где находилась кафедра епископа и сосредоточивались главные христианские силы страны. Воспитание на севере отличалось уже в то время некоторой широтой, а положение  женщины, тем более королевского дома, - полной свободой. Святая Анна умела читать и писать на своем языке и, несомненно, получила необходимые религиозные познания: была знакома и с областью народной поэзии и поэзии особых певцов - скальдов, обнимавшей тогда и религию, и историю, и философию и бывшей единственным способом выражения духовной жизни и творчества северных племен. Она принимала скальдов у себя и имела случай слушать их при дворе отца, любившего и постоянно державшего при себе наиболее известных поэтов.

Святая Анна принимала участие в народных собраниях и торжествах, присутствовала на приемах при дворе, жила в собственном тереме, где свободно принимала посетителей, владела и самостоятельно управляла собственными поместьями, имела в своем распоряжении многочисленную вооруженную свиту и предпринимала по своему усмотрению поездки по стране. В народных преданиях Скандинавского севера о ней сохранилась память как о женщине самоотверженной, обладавшей добрым сердцем, умной, смелой и предприимчивой, всегда имевшей значительное влияние на ту среду, с которой сближала ее судьба. Из жизни святой Анны на родине северные предания помнят только об участии ее в установлении мира между Швецией и Норвегией.

Послы Ярослава с просьбой руки Анны-Ингигерды прибыли к шведскому королю из Новгорода летом 1015 г. Король «немедленно же и охотно» согласился на этот брак. По каким побуждениям и при каких обстоятельствах возникла мысль об этом союзе, определенно неизвестно. В 1014 г., как говорит русский летописец, Ярослав отказался платить святому Владимиру дань от Новгорода, и Владимир стал собираться в поход против сына. В 1015 г.  Ярослав посылал за море за варягами и получил оттуда большой отряд, и только болезнь и затем смерть крестителя Руси предотвратили междоусобие. По-видимому, «бояся отца», с которым он не мог бороться один, Ярослав задумал о тесном союзе со швед-ским королем, а таким союзом удобнее всего мог быть брак. Как будущий зять Олафа, он мог воспользоваться от него помощью войсками или, по крайней мере, получить дозволение беспрепятственно набирать их в его земле. После смерти Владимира то же самое побуждение оставалось в силе ввиду возникшей борьбы со Святополком Окаянным.

Весной 1016 г. Ярослав прислал из Новгорода своих послов для окончательных условий относительно предположенного брака. По требованию святой Анны, послы согласились именем своего князя дать ей в вено (приданое) город Ладогу и прилежащую к нему область с правом лично управлять этим веном и назначать над ним управителя. Затем она поставила условием разрешить ей выбрать в Швеции для сопутствования себе лицо, которое она найдет для того достойным, и обеспечение для него на Руси того сана, власти и почестей, какими он пользуется на родине. Король и послы изъявили на это свое согласие и утвердили весь договор своими присягами. Когда король спросил святую Анну, на кого падает ее выбор, она назвала Рогнвальда Ульфовича. Это было противно намерениям короля, который хотел казнить Рогнвальда за выдачу Астриды (сестры Анны) за Олафа Норвежского, но по просьбе святой Анны договор остался в силе. Она известила обо всем Рогнвальда и назначила ему время и место для встречи. Соединившись с ним, святая Анна, с которой была большая свита и богатое приданое, летом отплыла на Русь.

Сведения о святой Анне за время жизни ее в нашей земле очень скудны и отрывочны. Несколько данных о ней за первые годы пребывания ее в новом отечестве сообщает норвежское сказание о подвигах на Руси норвежского отряда Эймунда и Рагнара, прибывшего в Новгород для службы у князя Ярослава в конце лета или в начале осени того же года, когда приехала туда и святая Анна. По приходе отряда Эймунд и Рагнар были на приеме у князя и княгини, причем княгиня вела с ними разговор о норвежских делах и норвежском короле. Княгиня произвела на предводителей самое хорошее впечатление своим решительным характером и общительностью. Первое время службы отряда княгиня была очень щедра и благосклонна к нему. После первой войны со Святополком эти отношения несколько изменились к худшему, и, в конце концов, князь и княгиня вынуждены были вступить в борьбу с наемниками. Когда воины резко порвали с Ярославом и собирались уехать к его противнику князю Брячиславу Полоцкому, святая Анна самолично, вместе со своим родственником Рогнвальдом, сделала попытку силой остановить их и при этом едва не попала в плен. Во время последовавших затем войн норвежцы были на вражеской стороне. Сказание отмечает большое влияние святой Анны на дальнейший ход дел и на великого князя Ярослава, которого она будто бы иногда сопровождала на войну. Ее непосредственному вмешательству приписывается и окончание продолжительной борьбы с Брячиславом. Вмешательство это произошло, по сказанию, в самой необычайной обстановке. Когда войска Ярослава и Брячислава стояли в нерешительности одно перед другим, Эймунд составил план взять в плен святую Анну, которая должна была приехать в стан Ярослава, рассуждая, что она едет помогать неприятелю своими советами. Однажды ночью он и Рагнар подстерегли великую княгиню и, убив под нею коня и разогнав конвой, взяли ее в стан Брячислава. Увидав себя в руках норвежцев, княгиня воскликнула: «Вы, северные люди, видно, никогда не перестанете обижать меня!»

На следующее утро она призвала Эймунда и высказала желание служить посредницей для заключения мира, откровенно предупредив вместе с тем, что она всего более будет заботиться о выгодах князя Ярослава. Получив согласие на посредничество со стороны мужа и Брячислава, она участвовала в выработке мирных условий, которые потом и были приняты. Вместе с заключением мира восстановились хорошие отношения ее с норвежцами.

В этих подробностях можно видеть отражение того положения, которое святая Анна занимала в бытность свою в России по отношению к северным единоплеменникам, во множестве наезжавшим на Русь и нередко чинившим здесь насилия над населением. Очевидно, княгиня совершенно сроднилась с интересами нового отечества и мужа и в своих отношениях к северянам руководилась только ими, а не племенным родством. Несомненно, отчасти ее личному влиянию и семейным связям нужно приписать установление тех постоянно мирных и дружественных связей Руси с правительствами и народами Швеции и Норвегии, которые особенно окрепли после ее прибытия в нашу землю и не прерывались более. Во всяком случае, в этих дружественных связях весьма видное положение занимают именно родственники святой Анны, например, брат ее Иаков, долгое время служивший на Руси, муж ее сестры - норвежский король Олаф и трое сыновей Рогнвальда.

Судя по русским летописям, святая Анна, прибыв в Новгород летом 1016 г., недолго пробыла там. В конце того же года княжеский двор был перенесен в Киев. В 1018 г., во время бегства Ярослава в Новгород, она была осаждена Болеславом Польским и Святополком в Киеве, но, по-видимому, успела избежать плена. С этого времени двор находился то в Киеве, то в Новгороде (1023-26, 1030, 1034, 1045 гг.). В Новгороде в 1050 г. святая Анна и скончалась.

На севере Руси, согласно брачному договору, в распоряжении святой Анны находилась обширная волость - город Ладога с принадлежащею к нему областью. Непосредственное управление этой областью княгиня поручила Рогнвальду Ульфовичу, который летом находился в волости, а зимой - в Новгороде. Каковы были пределы этой области, неизвестно, но можно предполагать, что они совпадали с тем, что известно теперь под названием Ингерманландии. Название Ингерманландия, по финскому произношению Ингеринмаа, в переводе означает «земля Ингигерды» и ведет свое происхождение, по всей вероятности, именно от имени супруги Ярослава. Посещала ли сама святая свои владения, об этом нет сведений, но сохранившиеся до настоящего времени названия находящихся на территории Ингерманландии местечек, например, приход Ингерис, или Ингрис, и река Ингериниока (русская Ижора), происходящие от того же корня, что и территориальное название, могут быть объясняемы как названия, явившиеся вследствие того, что в известных местах святая Анна или ее наместник имели жительство, поместье или временную остановку во время путешествия.

По владениям святой Анны пролегал главный торговый и военный путь с севера на юг – «изъ Варягъ въ Греки», а город Ладога был передовой русской крепостью. С этих владений платилась определенная дань великому князю.

Святая Анна была матерью многочисленного семейства, состоявшего не менее, чем из семи сыновей и трех дочерей. О благочестии матери и христианской настроенности воспитанных ею детей современный духовный оратор Иларион (впоследствии Киевский митрополит) так свидетельствовал, обращаясь к святому Владимиру в своем торжественном слове, произнесенном, может быть, в присутствии самой великой княгини: «Посмотри... на благоверную сноху твою Ирину; посмотри и на внуков и правнуков твоих, как они живут, как Господь хранит их, как содержат они благоверие, тобою преданное, как часто посещают святые храмы, как славят Христа, как покланяются Его имени».

Указание на высокий внутренний строй жизни этой семьи можно видеть отчасти также в предсмертных словах великого князя Ярослава детям, в которых он увещевает их сохранять по-прежнему взаимную любовь и послушание старшим. Летописец передает эти слова так: «Дети мои, имейте друг к другу любовь, ибо вы братья одного отца и матери... пребывайте в мире, творя послушание брат брату. …Киев поручаю старшему... слушайтесь его, как меня слушались». Один из сыновей святой Анны, Владимир, удостоился причисления к лику святых.

Следующие за ним братья: Изяслав Киевский и Святослав Черниговский – княжили поочередно в Киеве; Всеволод Переяславский стал отцом Владимира Мономаха, родоначальника великих князей и царей Московских. Дочери ее были королевы: Анна Французская, Мария Венгерская и Елизавета Норвежская.

Кроме собственных детей, святая Анна имела материнское попечение и о чужих детях-сиротах. Таковы были изгнанные из Англии дети короля Эдмунда - Эдвин и Эдуард, и сын норвежского короля Олафа - Магнус. После смерти Олафа друзья последнего пришли к Ярославу просить Магнуса на отцовский престол. Святая Анна отказалась отпустить с ними своего воспитанника до тех пор, пока действительно не будет обеспечено для него возвращение престола и всей дедины и отчины.

По требованию ее и Ярослава норвежцы прислали торжественное посольство, заключили особое условие, и только после этого им был выдан Магнус.

В 1037 г. в честь ангела святой княгини был построен в Киеве близ Софийского собора женский Ирининский монастырь. Это был «великокняжеский» монастырь, построенный на великокняжеское иждивение. Управление такими монастырями, устройство и снабжение их всем необходимым по обычаю того времени, заимствованному у Византийского императорского дома, принадлежало его строителям. Нет сомнения, что святая Анна имела самое близкое отношение к монастырю, созданному в честь ее ангела.

С именем святой Анны соединено также построение Новгородской великой святыни - храма Святой Софии. Храм этот был заложен в 1045 г., вероятно, в присутствии самой княгини, так как есть известие, что в этом году Ярослав, несомненно, с супругой был в Новгороде и выдал там замуж за Норвежского принца Гаральда свою дочь Елизавету. В какой мере княгиня участвовала в этой постройке, производившейся, главным образом, ее сыном Владимиром и законченной после ее смерти, неизвестно.

В иноземных известиях имя святой Анны (Ингигерды) упоминается еще по поводу пребывания на Руси норвеж-ского короля Олафа и норвежского принца Гаральда Гардрада. О короле Олафе говорится, что по прибытии в Россию он был хорошо принят святой Анной, что она весьма уважала его, вместе с Ярославом даже уговаривала его не возвращаться в Норвегию, а когда он все-таки отправился в свою страну, участвовала в устроенных ему пышных проводах. О Гаральде сообщается, что он находился под особым покровительством святой Анны и что, много лет находясь в экспедиции в Африке, присылал собранные сокровища для хранения князю Ярославу и его супруге.

Кончина святой Анны последовала 10 февраля 1050 г. в Новгороде. Перед смертью она приняла схиму с именем Анны, обнаружив тем свое глубокое благочестие и истинно христианское смирение.

После кончины, никогда не разлучавшаяся в земной жизни с любимым сыном своим Владимиром, святая Анна не разлучилась с ним и по смерти не только душей, но и телом. Ярослав, уступая просьбе сына своего, не велел перевозить тела своей супруги в Киев, и нежный сын ее Владимир положил драгоценные останки матери своей в том святом храме святой Софии Премудрости Божией, в создании коего и она много трудилась вместе с сыном своим, который и сам скоро погребен был подле нее.

По сообщению летописи, в 1439 г. архиепископ Евфимий освятил, подписал и покрыл покровами гробы святых князя и княгини. В описи Новгородского Софийского собора XVII века значится: ”В середней паперти от Корсунских дверей, идучи в церковь налево, середи паперти, два гроба древяны, а в них мощи во плоти создателей храма Святой Софии Премудрости Божией - благоверного князя Владимира, а в другом гробе - матери его, благоверной княгини Анны. На обеих гробах покров сукна  червлена, а на них шиты кресты камки белой, перед ними во главех лампада мидяна на стояльце; ...в царском ...месте (в главном храме) образ пядница, на ней писан благоверный князь Владимер и мати его Анна, обложен серебром, золочен”. В другой подобной же описи того же века упоминаются ”каменные” гробы святых князя и княгини.

В 1653 г. мощи святой Анны по указу царя Алексия Михайловича и по благословению Патриарха Никона и митрополита Новгородского Макария, были перенесены из Корсунской паперти в собор на левую сторону против северных дверей и переложены в новую раку. В настоящее время святые мощи почивают в Мартириевской паперти в бронзовой золоченой раке.

Память святой Анны совершается 10 февраля и 4 октября. Память 4 октября установлена Новгородским архиепископом Евфимием в 1439 г. во исполнение воли Божией, возвещенной ему в видении. Царь Иоанн Грозный жалованной грамотой 1556 г. предписывал: «Да по благоверном великом князе Володимере Ярославиче, да по матери его благоверной великой княгине Анне, на память их, служити панихиды и обедни соборне и по приделом и на панихидах и за просфоромисанием и на Божественных литургиях и в ектениях в заупокойных поминати их, докуду мир стоит». В одной описи Новгородского Софийского собора XVII века сказано, что мощи князя Владимира и матери его почтены от Бога нетлением, лежат в каменных гробах всеми видимы, а пение им не установлено, а исцеление бывает с верою приходящим. В письменном уставе Новгородского Софийского собора XVII века положена панихида у гроба святой Анны еще 5 сентября.

В древнее время память 4 октября совершалась с большой торжественностью. О праздновании в Софийском соборе были особо извещаемы настоятели некоторых Новгородских монастырей, а некоторые из них обязаны были являться сами. Государев кормовой двор выдавал для вечерни два ведра меда для кутьи, которую ставили по гробам святителей, князей и княгинь. После вечерни святителем совершалась в соборе в присутствии государева большого дьяка панихида с поминовением государевых прародителей. В то же время настоятели и поповские старосты служили особые  панихиды на княжеских и святительских гробах: в Корсун-ской паперти - Благовещенский игумен; в Мартириевой - Отенский. Для литургии снова выдавался мед - для кутьи. После литургии от государя устраивались обеды для светских и духовных лиц.


 Тропарь, глас 1

От запада возсиявши, яко звезда небосветлая, прияти Православную веру сподобилася еси, в ней же плод благославный Русской земле принесши, святая благоверная княгине Анно, Христа всем сердцем возлюбила еси, Того оправдания и законы хранящи, тем же днесь всесвятую твою память празднующе, грехов оставление молитвами твоими приемлем.

Кондак, глас 4 

Днесь в светлой памяти твоей Великий Новград веселится, созывая всех верных светло праздновати память твою, и мы ныне, духовно ликовствующе, радостно славим тя и молим: святая благоверная княгине Анно, предстоя Святей Троице, моли избавити Великий Новград и всю землю Русскую от всяких бед и обстояний и всем нам спастися.