133
Я русский

Быть русским — что это значит? Автор, потомок обрусевших немцев, отвечает не лозунгами, а историей своего рода о том, как формировалась русская нация.

Я русский — эти слова можно произносить и с гордостью, и как сентенцию с претензией на превосходство. Газеты с тревогой пишут, что больше половины россиян поддерживают идею «Россия для русских» и что такая позиция является симптомом межнационального неблагополучия, а все беды якобы идут от «чужаков». Так ли это? Может быть, нам, русским, надо трезво на себя посмотреть со стороны?  Настроения русофобии и русофилии, конечно, отражаются на нашем обществе, вызывая национализм не только у русских. Все это ведет к межэтническим конфликтам. Раздаются призывы: «Надо бороться за восстановление национального самосознания русского народа», а борьба, как известно, вызывает протест у тех, кому указывают на дверь за пределы нашего «русского» отечества. Какие же мы русские? Маленький мальчик произносит: «Я русский», как бы не сомневаясь в этой простой для него истине, он еще не знает всего того, что дает ему возможность произносить это с гордостью. «Я русский — говорю я спокойно, потому что уверен, что мой народ не причинил никому зла, разве только самому себе».

У современных россиян в паспорте национальность гражданина России вообще не проставлена, а между тем, каждый без затруднений ответит, что он русский, или татарин и т.д. Какими же «параметрами» определяется национальность? Прежде всего, языком, а также многими обстоятельствами поведенческого характера — традициями, обычаями того или иного народа. Не последнюю роль в этом вопросе играет религия. В прежние времена в России принадлежность к православной вере определяла главные черты русской инициативы, понятия «русский» и «православный» были почти синонимами. А быть православным означало исполнять определенные заповеди этой веры, что в значительной степени и формировало русскую нацию наряду с теми обрядами и традициями, которые вырабатывал сам народ. И опять же все эти черты русской нации создавали некую условность, определяющим был и остается язык. Он то и сформировал на громадных пространствах Русской равнины русскую нацию с определившейся государственностью — Россия.

Процесс становления Российского государства в вопросах становления национального самосознания, казалось, ясен, но на протяжении нашей истории некоторые незадачливые граждане и сейчас задают вопрос: «Куда русскому податься?», ссылаясь на засилье инородцев. Была Киевская Русь. Попробуйте сейчас русскому заявить о своих правах в Киеве, в лучшем случае вас обзовут «москалем». А Петербург, наша северная столица, выстроен там, где жили финно-угорские племена, присутствие которых сохраняется и до сих пор и не только в географических названиях. Может быть, Новгородчина — чисто русская земля? История Великого Новгорода начиналась с времен принятия христианства и постройки первого Софийского собора в местности, населенной разноязычными племенами — словенами, кривичами, меря и чудь. Именно христианская религия способствовала становлению государственности в виде древней республики и народного вече, православие создавало ее морально-нравственную основу. Именно благодаря этому, спустя столетия, в местности, населенной разноязычными племенами, сформировался Новгородский край, считающийся наряду с Киевской Русью истоком русской государственности и русской культуры.

По переписи 1897 г. в Новгородской губернии проживало почти 90% русских, а украинцев, поляков и евреев около 1%, немцы, латыши и эстонцы составляли 3%, карелов и чуди было 6%. Куда же девались многочисленные инородцы? Совершенно очевидно, что русскими себя стали считать и бывшие выходцы из Прибалтики, Германии или Франции. Если обратиться к Родословной книге дворян Новгородской губернии, изданной П. П. Голицыным в 1910 г., то из нескольких тысяч содержащихся там фамилий, примерно пятую часть составляют фамилии «немецкого» происхождения, т.е. это обрусевшие немцы. Как происходил процесс обрусения, я хочу показать на примере своей родословной.

Я считаю себя русским, об этом говорит и моя фамилия, и мой родной язык. Я уроженец новгородской земли, как мой отец и дед. В районе Малой Вишеры, откуда мы родом, в соседствующих друг с другом деревнях на небольшой территории фамилия крестьян Михайловых, владевших в конце XIX в. небольшими наделами земли, встречается очень часто. И не исключено, что когда-то племена чудь или корела, проживавшие здесь, в значительной степени вошли в состав современного русского народа, населяющего Новгородчину.

Со стороны матери в моей родословной присутствует целый «букет» иностранных фамилий — это Савичи, бароны Розенберги, Лейхтфельды, Рейхтели. Расскажу о немцах Розенбергах и Лейхтфельдах, моих прямых предках, чтобы показать на этом примере процесс формирования русской нации.

В середине XIX столетия в Новгород приехал по делам армейской службы Василий Петрович Розенберг Он был кадровым офицером, окончил Полтавский кадетский корпус и затем служил в Гренадерском Нидерландском полку, участвовал в сражениях в Венгрии. Василий Петрович был сыном барона Петра Карловича Розенберга, уроженца Курляндии, лютеранского вероисповедания. П. К. Розенберг окончил в 1812 г. Второй кадетский корпус в Петербурге, и сразу же стал участником Отечественной войны 1812–1814 гг. После войны его полк был расквартирован в Полтаве. Там, выйдя в отставку в 1823 г. в чине штабс-капитана, Петр Карлович женился на дочери местного помещика Пульхерии Федоровне Бутовской. В их семье было семеро сыновей — Виктор, Василий, Петр, Федор, Александр, Михаил и Николай, которые тоже окончили Полтавский кадетский корпус, и две дочери — Пульхерия и Юлия. По законам Российской империи дети от брака с православной матерью в обязательном порядке получали православное вероисповедание. Было подтверждено и дворянское происхождение Петра Розенберга. В документе Департамента Герольдии сказано: «В 1837 году Петру Густаву фон-Розенбергу, законному сыну покойного лесничего и супруги Елизаветы Фридерики Доротеи, урожденной фон-Гейкинг, выдано свидетельство о его дворянском происхождении. Фамилия Розенбергов принадлежит к древнему роду Курляндских дворян Розенбергов, записанных в Акте 1634 года, которым при отмене рыцарства предоставлены все права и преимущества, дарованных дворянству». На этом основании и дети Петра Розенберга были внесены в шестую часть дворянской родословной книги.

Василий Петрович Розенберг в Новгороде познакомился с семьей Петра Ивановича Лейхтфельда, статского советника, служившего оператором, т. е. хирургом, во Врачебной управе Новгорода. Выйдя в отставку, Василий Розенберг женился на дочери Петра Лейхтфельда Елизавете. Лейхтфельды, о которых пойдёт речь, были медиками, выходцами из Германии. В Адрес-календаре за 1846 г. в Московском учебном округе значился «иногородний член физико-медицинского Общества Московского университета некто Лейхтфельд». Скорей всего им и был П. И. Лейхтфельд, новгородский врач, прослуживший в Новгородской Врачебной управе до 1865 г. В те же годы брат П. И. Лейхтфельда А. И. Лейхтфельд служил уездным врачом в Устюженском уезде Олонецкой губернии, а затем в Тихвине. А их двоюродный брат Николай Рейнгольд Лейхтфельд, окончив Медико-Хирургическую академию в Петербурге в 1822 г., много лет был врачом на Уральских заводах графини Строгановой. Там он женился, и, выйдя в отставку в 1850 г., переехал с семьей, видимо, по совету своего двоюродного брата, в город Крестцы. Николай Рейнгольд Лейхтфельд получил потомственное дворянство. В его послужном списке сказано, что Христиан-Николай Рейнгольдов сын Лейхтфельд, врач, лютеранского вероисповедания, сын госпитального смотрителя, удостоенный Знака отличия беспорочной службы и имеющий чин статского советника, на основании Манифеста Государя Императора от 1845 г. вносится с женой Ольгой Федотовой с детьми: Петром, Евгением, Владимиром, Ольгой и Александрой в 3-ю часть Дворянской родословной книги Новгородской губернии».

Василий Петрович Розенберг был человеком деятельным он стал пользоваться у местных помещиков большим авторитетом В 1858 г он был избран от дворян Крестецкого уезда членом Новгородского губернского Комитета об устройстве быта помещичьих крестьян в связи с подготовкой Крестьянской реформы. С 1859 г. по 1904 г. он выбирался предводителем дворянства Крестецкого уезда, а с 1866 по 1879 г. — Почетным мировым судьей.

В середине пятидесятых годов в Крестцы после службы в армии приехали и два брата Василия Розенберга — Александр и Федор Розенберги, которые вскоре тоже стали активными земскими деятелями. Естественно, что в небольшом городе Крестцы Розенберги и Лейхтфельды не только познакомились, но и подружились, и немаловажное значение здесь, видимо, имело их немецкое происхождение. Александр Петрович Розенберг, мой прадед, поселившись в Крестцах, вскоре женился на дочери Николая Рейнгольдовича Лейхтфельда — Ольге. В их семье было пятеро детей — Ольга, Вера, Евгения, Александр и Пульхерия — моя бабушка. Другая дочь Николая Рейнгольдовича Александра стала второй женой овдовевшего Федора Никифоровича Савича, деда моей мамы по мужской линии. Таким образом, к семидесятым годам семьи Розенбергов и Лейхтфельдов породнились в разных коленах. Благодаря замужеству дочерей Александр Петрович Розенберг породнился с видными фамилиями новгородского дворянства. Ольга стала женой Константина Васильева, судебного следователя в Боровичах, впоследствии председателя Съезда мировых судей и члена Судебной палаты в Крестцах и Новгороде. Мужем Евгении стал Михаил Стогов, земский начальник в Малой Вишере. Александра вышла замуж за Василия Железнова, ставшего впоследствии предводителем дворянства Крестецкого уезда, который был сыном известного ученого-ботаника и крупного общественного деятеля Н. И. Железнова. Пульхерия, моя бабушка, стала женой Константина Савича, чьи предки были малороссийскими казаками, и который всю свою недолгую жизнь служил в различных уездных и губернских учреждениях, дослужившись до чина статского советника. Сын Александра Петровича Розенберга Александр Александрович Розенберг, окончив Николаевское Кавалерийское училище в Санкт-Петербурге, вскоре по состоянию здоровья вышел в отставку и в предреволюционные годы служил в Крестцах и в Новгороде на разных должностях. В советское время он работал в военкомате, но полностью ослепнув, стал трудиться в артели слепых, изготовляя различную домашнюю утварь.

Дети и внуки Федора Петровича Розенберга избрали военно-инженерную деятельность. Его сын Михаил Федорович Розенберг дослужился до генеральского чина и был известным конструктором-артиллеристом. Внуки — Михаил Михайлович и Владимир Михайлович Розенберги уже в советское время также стали конструкторами артиллерийского и ракетного вооружения, а их сестра Вера Михайловна, была талантливым математиком, выполняла сложные математические модели различных систем вооружения. И сейчас правнуки Ф. П. Розенберга — Олег Михайлович и Александр Георгиевич Розенберги, мои троюродные братья, продолжают традицию своих отцов и дедов — они инженеры ракетных систем.

Обрусевшие потомки Лейхтфельдов и Розенбергов, став православными, очень ревностно исполняли все религиозные обряды русской православной церкви, их семьи были очень религиозными. Василий Петрович Розенберг недалеко от своего имения на станции Веребье выстроил церковь. А его брат Александр Петрович собранием прихожан Крестецкого Екатерининского собора был избран Председателем церковно-приходского попечительства, и на свои средства в Крестцах «выстроил храм Божьей Матери Всех скорбящих Радости при тюремном замке», об освящении которого сообщали «Новгородские ведомости». По рассказам мамы и бабушки семьи Лейхтфельдов и Розенбергов по укладу жизни не отличались от «чисто» русских семей, но вот немецкий язык наряду с русским в их обиходе еще сохранялся. Я сам помню, как моя бабушка Пульша и мама нередко переходили на немецкий язык в тех случаях, когда темы их бесед не должны быть услышаны мной по моему малолетству. Бабушка говорила, что ее отец был очень строг, отличался исключительной «немецкой» пунктуальностью и ревностным исполнением служебного долга. Итак, в процессе обрусения действовали два главных фактора — язык и православная вера. Овладевать русским языком приехавших в Россию иностранцев заставляли жизненные обстоятельства, а православная вера, входила в их семьи, согласно закону, как только появлялись дети от жен, исповедующих православие. Православная вера была главным носителем культуры и нравственной и поведенческой. Об этом надо всегда помнить, заботясь о самосознании русской нации.

Автор: Дм. Михайлов, г. Санкт-Петербург

Источник: https://vn-eparhia.ru/images/www/zhurnal-sofiya/2006/Sofia_2006_4.pdf 

Наш сайт использует cookie-файлы. При его просмотре Вы соглашаетесь на использование ваших персональных данных в соответствии с нашей Политикой конфиденциальности.