Эти слова редко цитируют в отличие от Заповедей блаженства, но именно они определяют, станет ли христианин «солью земли» или бесполезной «обуявшей» массой.
Эти слова сказал Господь Иисус Христос после того, как Он изложил новозаветные Заповеди Блаженств. Это высказывание непосредственно относилось к апостолам, которые находились рядом с Господом. Христос, проповедуя покаяние и Царствие Небесное, в Своих Заповедях говорит, как достичь Царства Небесного, чтобы вкушать там вечное блаженство. Чтобы принять спасение от Своего Спасителя Иисуса Христа, надо осознать свою греховную сущность, свои грехи, от этого состояния у человека появляется смирение, смиренномудрие, т.е. нищета духовная.
Нищета духовная — блаженство, первое в Евангельском порядке, первое в порядке духовного преуспеяния, первое состояние духовное, первая ступень в лестнице блаженств. О нищете духа сказал святой Давид: «Жертва Богу — дух сокрушен: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс. 50,19).
«Нищета духа — соль для всех духовных жертв и всесожжений. Если они не осолены этой солью — Бог отвергает их» , — говорит св. Игнатий Брянчанинов.
Ветхий Завет есть прообраз Нового Завета. Моисей, излагая закон о принесении ветхозаветных жертв, говорит: «Не оставляй жертвы твоей без соли завета Бога твоего: при всяком приношении твоем приноси соль» (Лев. 13–14). Подобно тому, как в Ветхом Завете Бог принимал жертвы только осоленные, так в Новом Завете приемлет добрые дела и жертвы, осоленные нищетой духовной. Нищета духовная, как говорят святые отцы, есть смирение, смиренномудрие. Авва Дорофей смирение сравнивает с известью, которая употребляется при строительстве дома. Он говорит: «Строящий должен также на каждый камень класть известь, ибо если строитель положит камень на камень без извести, то камни выпадут и дом разрушится. Известь есть смирение, потому что она берется из земли и находится у всех под ногами. Всякая добродетель, совершаемая без смирения, не есть добродетель. О сем сказано и в Отечнике: „Как корабль нельзя построить без гвоздей, так и спастись нельзя без смиренномудрия". Итак, каждый должен все, что он ни делает доброго, делать со смирением, чтобы смирением сохранить сделанное.
Евангелист Марк в своем Евангелии говорит: «Ибо всякий огнем осолится» (Мр. 9,49). Осоление огнем здесь разумеется как те сильные искушения, которые надлежит претерпеть каждому верующему и о которых говорит апостол Петр в своем послании: «Возлюбленные, огненного искушения, для испытания вам посылаемого, не чуждайтесь как приключения для вас странного» (1 Петр. 4.12).
Христианин должен учиться у Христа, Который сказал: «Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим» (Мф. 11,29). Научиться смирению, смиренномудрию и кротости — это значит приобрести нищету духовную, которую можно назвать солью. Но апостол Петр нам напоминает и об огненном искушении, предстоящем каждому христианину. Истинная жизнь христианина, основанная на учении Христа, на основании нищеты духовной, духовной соли, подвержена огненному испытанию, поэтому Христос и сказал: «Всякий огнем осолится» (Мр. 9,49).
Все ученики Христовы: апостолы и все святые — прошли путем «огненного осоления», иными словами, прошли огненные искушения, претерпевая изгнания, лишения, страдания, и многие приняли мученическую смерть. Они были исполнены нищеты духовной, и они сами стали солью земли. Христос, называя апостолов солью земли, как бы говорит им: «Не бойтесь духовного самоотречения, то есть духовной нищеты. Для избежания соблазнов не щадите себя, ибо путь моего верного ученика, как истинной духовной жертвы Богу, есть путь осоления огнем, то есть огнем самопожертвования, самоотречения, духовного очищения. Нужно вообще иметь „соль" в себе, т.е. христианский дух, христианское всегдашнее настроение, христианские принципы веры и жизни. И если эта „соль" потеряет в нас силу, то мы уже не сможем воздействовать на других. Не будет между нами мира, и мы будем спорить, кто больше из нас» (Толк. Библия. Т. 3, толк. на ев. Марка).
Из примера жизни подвижников веры Христовой можно видеть, как они, прошедшие огненное искушение и приобретшие нищету духовную, становились солью земли, и своей жизнью и своими советами передавали эту духовную соль приходящим к ним, жаждущим духовной поддержки в своей жизни. И эта соль сохраняла души человеческие от разложения, царящего в мире, от червей разных страстей и грехов, от сомнения в вере и от уныния и вдохновляла на несение своего жизненного креста.
Такой солью нашей страны были преподобные отцы, как, например, Сергий Радонежский, Серафим Саровский и многие другие. В XIX–XX вв. прославились своей подвижнической жизнью духоносные старцы Оптиной и Глинской пустыни, а также пастыри и подвижники: святой праведный Иоанн Кронштадтский, святители Игнатий Брянчанинов, Феофан Затворник, Макарий и Иннокентий Московские и другие. Они своей жизнью, своим учением и советами старались сохранить человеческие души от духовного разложения, происходящего от разных лжеучителей, которые под видом просвещения уводили людей от православия и вообще от Бога, так что те становились воинствующими атеистами.
В XX веке, когда Господь допустил страшное испытание Русской Православной Церкви, когда поднялось страшное гонение на верующих, из которых многие запечатлели веру свою страданиями и мученической смертью, нес молитвенный подвиг старец иеросхимонах Серафим Вырицкий.
В Александро-Невской Лавре Василий Николаевич принимает монашество с именем Варнава, а позднее становится иеросхимонахом Серафимом, в честь прп. Серафима Саровского, которого почитал всю свою жизнь, и избирается духовником братии. Жена его также, по взаимному согласию, поступает в монастырь.
Сочетая в себе высокие духовные дарования с богатым практическим жизненным опытом, отец Серафим был поистине незаменимым наставником. Для всех он был одинаково доступен, для всех находил слова отеческой любви. В его образе была какая-то особенная теплота, так что человек, однажды пришедший к нему, запоминал эту встречу на всю жизнь.
Чутко сопереживая чужим скорбям, отец Серафим ощущал на себе телесные страдания и немощи болящих, горевал вместе с кающимися и чувствовал тяжесть их грехов. Никого никогда не осуждал, а все грехопадения людей приписывал лишь злобе врага человеческого. «Старайтесь хранить себя от сетей, расставленных вне и внутри человека и всячески прикрытых подобием правды. Они легко познаются по тому, что лишают душу мирного устроения. Где нет мира, там козни врага спасения. От Господа исходит истина и святое смирение. Мир Христов — свидетель истины» , — так, по воспоминаниям ближних, назидал отец Серафим ищущих Господа.
Отца Серафима отличало постоянное благоговение перед судьбами Божиими. К тому же благоговению и покорности Богу приводил он и своих духовных детей. Он говорил: «Всемогущий Господь управляет миром, и все, что происходит в нем, совершается или по милости Божией или по попущению Божию. Судьбы же Божии непостижимы для человека. Не сетуй на тяжесть креста, в день скорби поведай печаль свою Господу, и Он утешит тебя» , — так наставлял батюшка тихим и мягким голосом, в котором всегда звучали какие-то особенные, теплые нотки.
Смирение — божественное свойство, возводящее человека от земли к небу, туда, где находится истинное Отечество наше, туда, где вечное и незаходимое Солнце наше — Иисус Христос, где веселятся праведники в обителях света. Туда-то, к вечной радости, в горний Иерусалим, и возводил мало-помалу души своих подопечных отец Серафим. Земное и временное никогда не заслоняло от его духовных взоров блаженной вечности. К этому приучал батюшка и своих духовных детей. «О горнем помышляйте, а не о земном, — назидает апостол Павел, — облекитесь как избранные Божии, святые и возлюбленные, в милосердие, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение, снисходя друг к другу и прощая взаимно, если кто на кого имеет жалобу, как Христос простил вас, так и вы. Более же всего облекитесь в любовь» (Кол. 3,2. 12–14).
Отец Серафим является ярким примером смирения и смиренномудрия — нищеты духовной, которую ублажает Христос в заповедях блаженств, обещая Царство Небесное, — это есть «соль земли», о которой говорит Господь, это основа всей христианской жизни. Без этой основы невозможна ни одна христианская добродетель. Самая высшая добродетель в христианстве — любовь. Но если человек не имеет смирения, то он не способен любить. А кто не имеет любви, у того и вера напрасна, и всякая добродетель не принесет никакой пользы, как говорит апостол Павел (1 Кор. 13,3).
Отец Серафим принимал на исповедь множество простого народа. Все уходили от него просветленными, окрыленными благодатной радостью. Рос и без того многочисленный сонм его духовных чад. Слова старца, обращенные к ученикам его, всегда несли в себе уроки истинного смирения: «Сам Господь сказал: „Сила Моя совершается в немощи” (2 Кор. 12,9), а апостол Павел, познав на опыте все величие этих слов, изрек: „Когда я немощен, тогда я силен” (2 Кор. 12, 10). Будем же и мы, подобно святому апостолу Павлу, благодушествовать в немощах, скорбях, обидах, гонениях и притеснениях за Христа» . Старец учил: «Только тогда, когда человек смирится с волей Божией, которая порою открывается людям именно в тяжелых скорбях, болезнях и гонениях, может познавать свою собственную немощь и обрести стремление к благодатной помощи свыше. Только так рождаются истинные вера, надежда и молитва, творимая от всего сердца в сознании собственного ничтожества, та самая, что никогда не останется без ответа и может передвигать горы» .
Именно так, со смирением и постоянством, испрашивал помощи у Господа, Пресвятой Богородицы и святых угодников Божиих отец Серафим, и его чистый сокрушенный дух передавался всем окружающим.
В тридцатые годы, когда закрывались храмы, жестоко преследовались и ссылались в заточение верующие, и в сороковые годы, во время войны, старец Серафим, несмотря на свою немощь, непрестанно молился за многострадальную свою родину. Его молитва и сострадание всем страждущим привлекали множество народа, жаждущего духовной поддержки. Он был отцом и наставником в жизни, врачующим духовные и телесные немощи, руководящим к вечному спасению. Он был «солью земли», которая предохраняла приходящих к нему от разложения духовного, от уныния, вдохновляла на предстоящие подвиги в борьбе с различными искушениями.
Христос сказал: «Если же соль потеряет силу («обуяет» — по-славянски), то чем сделаешь ее соленой» (Мф. 5,13). Слово «обуяет» в данном тексте разъясняется понятием «потерять силу». В словаре В. Даля слово «обуять» или «обуевать» означает «обезуметь, лишиться ума или рассудка, дать свободу страстям». В свете этих понятий можно сказать, что христианин, не имеющий нищеты духовной, смирения и смиренномудрия, — это обуявшая соль, это человек, находящийся во власти страстей, доводящих до безумия, а безумие делает человека посмешищем среди людей.
Преподобный Симеон Новый Богослов учит: «Два есть главнейших дела в настоящей жизни: одно есть величайшее добро, а другое величайшее зло, — это смирение и гордость. Гордость рождается в душе человека от неведения самого себя, порождающего самомнение. Ибо кто не знает себя, что он есть такое, мало-помалу впадает в гордость и делается буим и несмысленным, тот легко делается орудием дьявола во всех словах и делах, становясь врагом Божиим. Но что может быть бедственнее того, когда кто поставит себя врагом Богу? Ибо когда кто заболеет телом, чувствует свою болезнь и идет к врачам, но кто заболевает душою, не чувствует своей болезни, а напротив — чем больше разбаливается, тем более становится нечувствительным и потому не хочет идти к врачам духовным.
Таким образом, когда увидишь, что какой-либо человек гордится, знай, что по мере гордости его, он страдает и нечувствием душевным, и пожалей об нем, ибо кто болит и не чувствует, что болен, тот близок к смерти. Таков этот грех, ввергающий душу в смерть, ибо гордый есть больной бесчувственный, он не сознает и не чувствует своей болезни, а это и есть смерть души. А если такой гордец еще привык учить и вразумлять других, — то это уже законченный мертвец, для которого не требуется более врача. Гордый человек неразумен и бессмыслен, а смиренный — разумен и смыслен. И чтобы приобрести смирение, всякому человеку необходимо знать себя самого, что он — ничто. Того, кто не знает себя самого, что он ничто, не может спасти Сам Всемогущий Бог при всем том, что желает спасти его. И если бы кто принес Богу в дар весь мир (что, конечно, невозможно), а не думал о себе, что он — ничто, не может спастись никаким образом» (Слово 33).
Автор: протоиерей Анатолий Малинин, Великий Новгород
Источник: https://vn-eparhia.ru/images/www/zhurnal-sofiya/2000/Sofia_2000_1.pdf
