Публикации
На протяжении семи веков над берегом Волхова возвышались купола Хутынского монастыря — некогда самой процветающей обители Великого Новгорода. Монастырь пережил забвение, гибель пяти храмов и падение колокольни, чтобы в 1993 году вновь обрести свой голос и стать местом паломничества.
«Местночтимые источники» не тронули в XIII веке татары, не осушили в века последующие, но в конце 1950-х — начале 1960-х за них всерьез принялась советская власть.
Ныне на западном фасаде Спаса на Ильине — лишь выцветшие остатки фрески: глаза Богоматери стерты, драгоценная серебряная риза исчезла, винтовая лестница и придельная церковь разобраны в 1936 году. Но в XIX веке этот образ был одним из самых почитаемых в Новгороде, к нему вели крестные ходы, у него день и ночь горела неугасимая лампада. Как на стене проступила эта икона во время холерного мора 1831 года? И почему образ вдруг исчез из памяти города, хотя спас его дважды?
Среди новгородских древностей только Спас на Ильине известен всем сразу — архитекторам, историкам, паломникам, причем в равной степени, и эта гармоничная полнота внимания превращает храм в эмблему всей средневековой новгородской культуры.
Этот железный крест, врученный немногим более трёхсот героям, пережил эмиграцию и в XXI веке вернулся в Россию как Военный орден с девизом «Долг — Честь — Отечество».
Что, если подлинное призвание человека — не подражание эталону и не бунт против мира, а мучительная и свободная «отгадка идеи о себе», как говорил Бердяев?
Новые архивные документы проливают свет на механизмы выживания Церкви в 1920-е годы — время, когда ГПУ играло в "церковный покер", используя обновленческий раскол, а будущий Патриарх балансировал между долгом, канонами и угрозой расстрела сестры.

«Мудрец преславный»: как византиец Феофан создал главный шедевр новгородского XIV века.
Все от Бога: и болезни и здоровье — подается нам во спасение наше.
Как возможно сравнить мученичество явное с мученичеством невидимым, когда человек жертвует своим именем, чтобы под гнетом безбожной власти сохранить для России Евхаристию? 











