Иоаким (патриарх), митрополит Новгородский

Митрополит
Иоаким
(в миру Иоанн Савёлов)
на кафедре с 1672 (1673) по 1673 (1674) гг.,
впоследствии
Патриарх Московский и всея Руси
† 1690 г.

Преемником Питирима на Новгородской святительской кафедре был Иоаким, по прозванию Савёлов.

Иоаким происходил из московской дворянской (из шляхтичей) фамилии Савёловых. Родился, по одним известиям, в 1620 г., а по словам других, 6-го января 1621 г. и назван был в св. крещении Иоанном. Первоначальное воспитание Иоанн получил в доме родителей. Заметя в юноше даровитые способности и охоту к учению, родители для дальнейшего образования отправили сына в Киев, где в то время процветало просвещение. Окончив образование, Савёлов возвратился на родину, где родители его «припрягоста ему супругу», от которой он имел четверых детей. В молодых летах Иоанн находился на военной службе, участвовал в походах. Судьба привела его быть свидетелем завоеваний литовской столицы царем Алексеем Михайловичем, и потом он был отправлен в Малороссию.

Военная служба и светлый ум открывали Савёлову широкую дорогу к высшим чинам и почестям, но совершенно не­ожиданные, горькие семейные обстоятельства положили предел государственной его службе и произвели решительный переворот в его судьбе. Промысл назначал ему иной путь жизни и готовил его к иным подвигам. Потеряв жену и почти одновременно лишившись всех детей, Савёлов почувствовал сильное влечение к духовной жизни. Оставив мир и военную службу, он в 1655 г. на 35 году от рождения поступил в Киевский Межигорский общежительный монастырь. Здесь он проводил жизнь в строгом уединении и подвижничестве, за что вскоре удостоен был пострижения в монашество с именем Иоаким. Добродетельная жизнь Иоакима сделалась известною патриарху Никону, который в 1657 г. велел принять его в Иверский монастырь, а потом вызвал его в Москву и определил келарем в Чудов монастырь. Здесь Иоаким благоразумием своим и благочестивою жизнью снискал себе дружбу многих бояр, даже расположение царя Алексея Михайловича. В 1664 году митрополитом Питиримом, когда он был избран местоблюстителем патриаршего престола, произведен в сан архимандрита Чудова же монастыря, а 22 декабря 1672 г. он же, Питирим, когда был возведен на патриарший престол, хиротонисал Иоакима на свое место в митрополита Новгородского. «Лета 7181, – говорит летописец, – декабря в 22 день, на память св. великомученицы Анастасии Узорешительницы, избранием и повелением благочестиваго и христолюбиваго великаго государя царя и великаго князя Алексея Михайловича, всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца, поставлен бысть В. Новуграду и В. Лукам и всея Новгородския епархии преосвященный Иоаким митрополит, в царствующем граде Москве, во святей соборней и апостольстей церкве Пресвятыя... Богородицы... честнаго и славнаго Ея Успения, святейшим Питиримом патриархом Московским и всея Русии; а взят преосвященный Иоаким в В. Новгород в митрополиты из пречестныя обители великаго архистратига Христова Михаила из Чудова монастыря, а иноческое обещание преосвященный Иоаким митрополит приимал в Киеве в Межигорском монастыре, а на Москве в Чюдове монастыре был архимандритом».

Отправился митрополит Иоаким из Москвы в В. Новгород «по указу государя в 25 день генваря, а приехал февраля в 4-й день, во вторник на сырной недели». Прибывшему святителю новгородцы сделали торжественную встречу, так что вступление его на паству совершалось по особо составленному ранее чину.

В этом чине говорится: «Прибыв в Новгород 4-го февраля, Иоаким вышел из саней у соборной церкви Знамения Пресвятыя Богородицы на Ильине улицы, и вшед в церковь знаменовался у чудотворнаго образа Знамения Пресвятыя Богородицы и у иных образов, и потом, на месте среди церкви, облачился во свои архиерейския одежды. И ту абие приидоша из соборныя церкви Премудрости Божии, со кресты и с чудотворными иконы, архимандриты и игумены, и протопопы и весь освященный собор во освященных одеждах с кандилы и фимиамы и со свещами горящими: и ту возвестиша преосвященному Иоакиму, митрополиту о пришествии их.

И преосвященный Иоаким митрополит вышел из церкви Знамения Пресвятыя Богородицы противо их, и вышед те честные кресты и чудотворныя иконы кадил и целовал; и по целовании велел себе поставить место, к западу лицем, и, став на уготованное свое место чел, во всенародное множество, новосостроенное слово о поставлении своем, и мир и благословение всему всенародному множеству приглашал; а со кресты и с чудотворными иконы весь освященный собор со множеством народа, с женами и детьми, противо его святителя стояли.

И после того преосвященный Иоакам митрополит пойде со кресты в соборную церковь Премудрости Божии, и многие граждане преосвященнаго Иоакима здравствовали на его святительском престоле; а, идучи со кресты, пели молебны, канон Пресвятей Богородице «Воду прошед».

И пришед в соборную церковь Премудрости Божии, преосвященный митрополит Иоаким воду святил, и Божественную Литургию служил, и после литургии поучение чел».

Далее в том чине говорится, что Иоаким сразу после литургии совершил хождение с крестом вокруг каменнаго города (Детинца), делал остановки у ворот, читал молитву, осенял народ св. крестом и кропил св. водою.

«И потом преосвященный Иоаким митрополит, разоблачась, вышел из соборныя церкви Премудрости Божии и сел в сани у западных Корсунских дверей, и поехал с благословящим крестом в Богоявленския ворота к Пречистенским воротам на Волховской мост; и перед Богородицыным образом преосвященный Иоаким митрополит вышел на место, молитву говорил, во услышание всем православным христианам. И после молитвы... осенял крестом на все четыре стороны и св. водою кропил. И, сед в сани, поехал около каменнаго города на север, по кривому мосту, к Разважским воротам... от Розважских ворот поехал к Воскресенским воротам, на полунощную страну... от Воскресенских... поехал к Преображенским, на полуденную страну. У каждых из этих ворот, выходя из саней, такожде действовал.

От Преображенских ворот ехал в Новинские водяные ворота на берег, к востоку; но здесь молитвы не было, и из саней митрополит не выходил.

А от Новинских ворот берегом поехал преосвященный Иоаким митрополит к Боярским водяным воротам, на север, и у ворот... вышед на место, такоже действовал, якоже и прежде.

Въехал Иоаким митрополит в Каменный город, в те же водяные ворота, и приехал в дом Премудрости Божии; и у западных Корсунских дверей вышед из саней, пошел в Крестовую полату, а перед ним шли певчие дьяки и подьяки, и пели стихи Успению Богородицы, да Никите епискупу, да Иоанну архиепискупу.

А как преосвященный Иоаким митрополит ездил около города, и за ним митрополитом ездили боярин и воевода Петр Васильевич Шереметев, да дьяк Ермола Воробьев и головы стрелецкие, да около, для обереганья, шло двесте человек стрельцов со ружьем.

И перед преосвященным Иоакимом митрополитом шли певчие дьяки и подьяки и пели стихи, а крест и со св. водою блюдо носили софийские ключари; а место, на чем митрополит молитву говорил, возили на санях соборные пономари и звонцы.

И потом у преосвященнаго Иоакима митрополита В. Нова­града и В. Лук архимандриты и игумены, и боярин, и дьяк, и головы стрелецкие, и дворяне, и новгородцы посадские люди, хлеба ели в посольской полати.

И после стола преосвященный митрополит Иоаким боярина, и дьяка, и голов стрелецких, кто за ним около города ездили, благословлял образы и дарил кубки и портищами, а что кому дано, и тому записка в митрополиче казенном приказе».

На Новгородской святительской кафедре митрополит Иоаким был всего 7 месяцев и девять дней. В такое короткое время своего пребывания в Новгороде он не успел ознаменовать себя ничем особенным. Летописец упоминает об одном не важном обстоятельстве, а именно — «что при митрополите Иоакиме поставлены часы на митрополье дворе, над воротами на каменной церкви». А составитель жития кратко замечает, что Иоаким «зело благоразсудительно паству свою управляше».

Впрочем, памятником административных распоряжений митрополита Иоакима остался указ о степенях игуменов новгородских монастырей, данный, вероятно, вскоре же по прибытии в Новгород, вследствие челобитья некоторых игуменов, которые принимали участие в соборном священнослужении и в молебном пении, а степени им не было указано.

В указе этом говорится: «Лета 7181-го били челом великому господину преосвященному Иоакиму, митрополиту В. Новаграда и В. Лук, новгородских монастырей игумены, которые бывают в соборех во священнослужении и молебном пении, в лику стоят и заседают под новгородскими, под Софийским, и под Знаменским, и под Никольским протопопы, а степени им не указано; и о том подали, за своими руками, великому господину, преосвященному Иоакиму, митрополиту В. Новаграда и В. Лук, челобитную. И великий господин Иоаким митрополит челобитья их слушал, и о том совет положил того же В. Новагорода степенных монастырей со архимандриты, и уверяяся из Божественнаго писания, «иеромонах мирскаго чину иерея честью превосходит, наипаче же: игуменская честь над мирскими больши есть», усмотря указал: ныне и впредь быти во священнослужении и в молебном пении в соборе, и в лику предстояния, и во всяком церковном чину, и в заседании, по степени во игуменах, Кириллова монастыря игумену, Клопскаго монастыря игумену, Деревяницкаго монастыря игумену, Аркажскаго монастыря игумену, Отенскаго монастыря игумену, Лисицкаго монастыря игумену, Никольскаго Белаго монастыря игумену, Колмова монастыря игумену, Ковалева монастыря игумену, да предстоят в лику и заседают выше протопопов, Софийскаго собора протопопа, Знаменскаго собора протопопа, Николаевскаго собора протопопа, такожде и всей Новгородския епархии всех городов протопопов; прочие же игумены и строители малых и нестепенных монастырей, которые в соборех во священнослужении и молебном пении в предстоянии не бывают, и когда случится которому игумену в соборе быть в лику, да стоят и заседают под единым протопопом соборныя церкви Премудрости Божии, прочие же протопопы да и тех почтут в предстоянии и в заседании степени, под ними же предстоят и заседают. И сие благословение и повеление да напишется в чиновную книгу, впредь во утверждение, и церковнаго чина во украшение безмятежно да будет».

Другим административным распоряжением митрополита Иоакима по Новгородской епархии была наказная память его поповскому старосте, Бронницкого погоста Введенскому попу Терентию Евфимьеву, о сборе в Деревской пятине с духовенства церковной дани и десятильничих доходов.

В этой памяти сказано: «В нынешнем во 182 г. [1674] декабря в 19 день, великий господин преосвященный Иоаким митрополит указал собирать в городех и в пятинах своея епархии церковныя дани, как на нынешний на 182 г. [1674] и впредь, так и за прежние годы поповским старостам и заказщикам... а также за десятильничи доходы и за езд и за подводы». Сборы эти в пользу кафедры и софийского института, как видно из наказной памяти, составляли налоги: «в монастырях на игуменов, строителей и черных попов с братьею, в погостах и выставках налоги на попов с причетниками, и были следующие: «церковная дань, подъезд, и десятина, и казенная пошлина, и записное по книгам... десятильничи доходы, за езды, за подводы, по тем же сборным книгам... и сверх книг, по наказу, дьячие пошлины и писчее, со всякого платежу по три алтына по четыре денги». Далее налоги на тех попов, которые, не имея своих церквей, въезжают в чужие приходы со всякою святынею. Затем налоги на те церкви, которыя вновь построены и освящены и при которых находятся попы с причетники; церковныя пашни, сенные покосы и всякия угодья: «да потому своему дозору те церкви церковною данью обложи, с попа по два алтына, с дьякона по осми денег, с дьячка и с пономаря и с просвирни по шти денег, с церковные с пашенные земли с четверти по шти денег, с дворянского двора по осми денег, с посадского двора по четыре денги, с бобыля и с подсоседника по две денги… и та дань взяти и в книги записати подлинно, порознь, по статьям; а в малых приходех никоторый платеж менши полтины не окладывати... А будет который поп утаит дворы дворянские и крестьянские, или церковные пашенные всякие угодья, и на тех попех за утаенные дворы велети правити промыт, по два рубли по четыре алтына по пол две денги в софейскую казну». Наконец – венечная пошлина; «а венечныя пошлины имати: с перваго браку по гривне, со втораго браку по две гривне, с третьяго по десяти алтын (а четвертый бы брак отнюдь не именовался), да писчего с браку по две денги, а тем свадбам имати у попов сказки по священству (в тех погостех и в выставках, в котором погосте закащиков нет): который поп кого имянем венчал, или кому молитву говорил, и котораго месяца и дни».

Все эти налоги и церковная дань, по книгам и сверх книг десятильничи доходы, и дьячие пошлины, и писчее вменялось в обязанность собрать поповскому старосте «однолично и все без недобору, а на ослушниках правити без всякия пощады; а сбирати софейская казна, церковная дань, и десятильничи доходы с большим поспешением, днем и ночью, и от того себе посулов и поминков не имати, и попом и церковным причетником налогов и убытков не чинити, а будет он поповский староста... учнет имати себе посулы и поминки и налоги, и чинить попом с причетники убытки, или не учнет софейския казны, церковныя и десятильничих доходов вскоре с болшим поспешением сбирать... и ему поповскому старосте быть в жестоком наказанье и смирении и от Божественныя службы в запрещении. А собрав софейскую казну... церковную дань, по книгам и сверх книг десятильничи доходы... все без недобору привести в В. Новград с собою вместе, и подати в митрополиче в казенном приказе... казначею старцу Савватею, да приказному Степану Балавинскому».

В заключение наказа предписывается «поповскому старосте сказати в Деревской пятине попом с причетники, чтобы они выбрали меж себя в поповские старосты, к сбору софейския казны церковныя дани, попа добра и искусна, кому бы мочно в софейской казне верить».

Все эта налоги ранее сего собирались десятильниками приказными софейскаго дома и детьми боярскими; но Иоаким отменил сбор налогов чрез десятильников, и поручил его поповским старостам и закащикам в виду того, что десятильники, как сказано в наказной памяти, «ездячи для сбору церковные дани, попом с причетники чинили убытки большие, сверх указанных десяти алтын имали десятильничи лишние доходы и еду и подводы».

Приведена ли была в исполнение «наказная память» митрополита Иоакима – неизвестно. Во всяком случае, собранною на 182 (1674) г. с духовенства Новгородской епархии церковною данью не мог он воспользоваться, так как в это время был уже в Москве, куда вызван был в июле 1673 г. и 26-го числа возведен на патриаршеский престол.

Мудро и бдительно правил церковию умный Иоаким в бурное время усилившихся расколов и ересей. Прежде всего, он обратил свое внимание на распространение в народе духовного просвещения. С этой целью заводил духовные училища; в 1685 г. вызвал из Греции ученых братьев иеромонахов – Иоанникия и Сафрония Лихудов – и поставил их во главе греческого училища, основанного им в Москве в 1679 г., которые действительно вполне оправдывали надежды патриарха. Когда возник буйный замысел восстановить старую веру, патриарх Иоаким показал себя ревностным и неустрашимым защитником церкви.

Некто Никита Пустосвят и другие бродяги ходили между народом, призывая на защиту старого благочестия. «Постойте, постойте, православные, за истинную веру, не принимайте новой Никоновой!» – шумел Пустосвят. Выборные Титова полка ходили с тем же по стрелецким полкам. Волнение становилось общим.

3-го июля 1682 г. князь Хованский явился к патриарху, требуя от имени стрельцов спора о вере на Лобном месте, и объявил, что на это согласны цари. Патриарх ответил, что он готов беседовать о вере – это долг его, а не стрельцов; но объявил, что на Лобном месте не может быть прений. На третий день толпы раскольников, между ними многие пьяные, с шумом ворвались в Кремль, неся с собою налои, образа, зажженные свечи, а за пазухами каменья, подошли к Архангельскому собору и на площади, всенародно, читали челобитную Соловецкого монастыря и проклинали православие. Среди такой опасности Иоаким первоначально послал к народу с протоиереем увещательное послание, но буйная толпа прогнала протоиерея, желая говорить с самим патриархом о православии. Видя сильное возмущение, патриарх пошел в Успенский собор, где со многим духовенством молился об усмирении мятежа против церкви и государства, а по окончании молебна отправился в Грановитую палату, где в присутствии малолетних царей и было назначено прение. После всех прений патриарх возразил: «Что вы за судьи старой и новой веры? Дело это принадлежит одним пастырям церкви». Но раскольники продолжали упорствовать и, будучи опровергнуты в своих убеждениях, были взяты под стражу, и все скопище их было рассеяно.

16 лет занимал Иоаким патриаршеский престол; не любил он иностранцев, шел против новых веяний и горячо защищал православное учение в споре о пресуществлении Святых Даров; стремился поставить духовенство в юридическую и материальную независимость от светской власти и сделать его самостоятельным во внутреннем управлении, о чем так много хлопотал Никон.

Иоаким, будучи ревнителем истинного просвещения, основанного на православии, защитником церкви, блюстителем царства в малолетство Петра, споспешествовавший к укрощению стрелецких бунтов, действовал неутомимо и разумно до самой своей кончины, которая последовала 17 марта 1690 года. Погребен в московском Успенском соборе («прииде ему болезнь главная, глаголемая рожа», «но от немецких врачей, си есть дохтуров, никого не призываше»).

Ему приписываются: «Увет духовный», «Слово поучительное», «Остен» – сборник против латынян, «Последний глас или предостережение и убеждение юного Петра дорожить русским православием и не быть доверчивым к лютеранам».