Евфимий III, митрополит Новгородский

Митрополит
Евфимий III
на кафедре с 1695 по 1696 гг.
† 1696 (1697) г.

Преемником Корнилия сразу же после отбытия его на безмолвие в Зеленецкую пустынь назначен был Евфимий, митрополит Сарский и Подонский. «В лето 7203 (1695), – сказано в летописи, – апреля в 14 день, волею Божиею, избранием и повелением великих государей царей и великих князей Иоанна Алексеевича, Петра Алексеевича; вся великия и малыя и белыя России самодержавцев и благословением великаго господина Кир Адриана, архиепископа Московскаго и всея России и всех северных стран патриарха, переведен бысть в Великий Новград Евфимий митрополит Сарский и Подонский, правительствовати Новгородскою епархиею, в неделю 4-ю по Пасце».

О жизни Евфимия, предшествовавшей избранию его на Новгородскую кафедру, весьма мало известно. По происхождению он был великоросс, вступил в монашество и принял иноческое пострижение в Ниловой пустыни; потом был переведен в Колязинский монастырь и возведен в сан архимандрита; с марта 1685 г., около двух лет, был настоятелем Чудовского монастыря; наконец 12 августа 1688 года хиротонисан был в митрополита Сарского и Подонского, или Крутицкого, где пробыл 7 лет, а оттуда, как уже сказано, избранием и повелением государей – царей Иоанна и Петра Алексеевичей – переведен на Новгородскую митрополию.

В Новгород прибыл Евфимий 17 июня, в понедельник 5 недели Петрова поста, но в город почему-то не поехал, а расположился на лугу под Юрьевым монастырем и прожил здесь в палатках 11 дней. В Новгород вступил 27 июня и был встречен «по записке у Знамения Богородицы с такою же торжественностию, с какою встречали митрополита Иоакима, бывшаго потом патриархом. Отсюда он в сопровождении крестнаго хода шествовал до Софийскаго собора, пред которым святил воду соборне Юрьевский архимандрит Иов; но около города, со св. водою, ездил Евфимий и литургию служил в соборной церкви, июня 29 дня, на Петров день, в субботу; в этот же день и стол был у него для властей в посольской палате, полный, по записи».

В следующем 1696 г. и почти около того времени, в которое Евфимий прибыл на кафедру, Новгород постигло великое бедствие. «В пяток шестой недели по Пасце на Торговой стороне Новгорода произошел страшный пожар: все церкви, дворы и лавки погорели, едина только церковь осталась Бориса и Глеба, а людей погорело 775 человек, и был ветер и буря зельная, и разметало огонь по всей стороне, яко и смотреть было ужасно; такова бысть ярость огненна, яко и на воде огнь горяше, так что люди, которые были на реке в лодках, и те все погорели».

Пожар этот в старинной рукописи и в хронографе о владыках Новгородских записан под 7204 (1696) г. при митрополите Корнилии. Но тут, полагать надобно, допущена неправильность или в годе, или в имени святителя. Если верить записи, что пожар был в 1696 г., то очевидно, что он случился при митрополите Евфимии, так как Корнилий в это время жил уже на покое в Зеленецком монастыре и паствою управлял Евфимий; но если согласиться с тем, что бедствие постигло Новгород еще при бытности Корнилия, то, стало быть, пожар произошел не в 1696 г., а в 1695 г. и именно незадолго до прибытия Евфимия на кафедру. В таком случае уяснится несколько и то обстоятельство, почему прибывший Евфимий не въехал сряду же в город, а остановился в палатках под Юрьевым и прожил в них 11 дней. Вероятно, он хотел выждать, когда Новгород от постигшего его бедствия оправится настолько, что в состоянии будет сделать ему подобающую встречу.

Очень недолго, всего один год и 8 месяцев (с 17 июня 1696 по 5 декабря 1697 г.), управлял Новгородскою епархиею митрополит Евфимий. Такое кратковременное его управление не ознаменовалось почти ничем особенным на пользу паствы. Единственным документом, по которому можно заключить, что Евфимий по примеру предместников стремился к водворению доброго порядка и благочиния в пастве и так же, как предшественники, заботился о доброй нравственности духовенства и народа, служат две его указные грамоты Иверского монастыря архимандриту Антонию о духовном суде и управлении и о выборе по указу его священника Нестера Васильева в должность Тихвинского поповского старосты. Обе эти грамоты и выбор мы помещаем здесь в выдержках. Особенность грамот состоит в том, что в них сгруппированы и с большею полнотою и определенностью изображены разновременные распоряжения по епархии прежних владык Новгородских о духовном суде и расправе, о сборах пошлин в архиерейскую казну и об управлении. Здесь же находятся более ясные указания и на то, что епархия для более удобного управления делилась на заказы (округи), обнимавшие довольно большое пространство со значительным количеством приходов и причтов, что в каждом заказе главное заведование духовными делами и управление вверялось духовного чина лицам – архимандритам, игуменам и протопопам – и что сотрудниками и помощниками их были поповские старосты, заказчики и попы десятские, которые выбирались самим духовенством из среды своей, но по распоряжению того же лица, которое заведовало заказом и которому поручалось ведение известного рода дел. Обе грамоты писаны одновременно в июне 1695 г. и начинаются преподанием благословения. «Благословение великаго господина преосвященного Евфимия, митрополита В. Новаграда и В. Лук, сыну и сослужебнику нашего смирения Иверского монастыря архимандриту Антонию»; а затем подробно излагается круг его ведения и обязанности.

Первою грамотою вменялось Антонию в обязанность надзирать в его заказе (округе), в который входили пятины Деревская и Бежецкая, за всяким церковным благочинием в монастырях, в погостах и выставках, а именно: 1) чтобы «игумены, строители и черные и белые попы и дьяконы и церковные причетники, по господским праздникам и на государские ангелы молили Господа Бога и Пресвятую Богородицу и всех святых, соборне и келейне, о государском многолетном здравии, о святейшем патриархе, о митрополите (о нашем именовании), о всем священном соборе и о всех православных христианах; радели бы о благолепии в церквах Божиих, пели и говорили (читали) единогласно, сами крестились и детей своих духовных и приходских людей поучали креститься троеперстным сложением; 2) чтобы люди всяких чинов православной веры в церкви Божии ходили необленно, и в церкви, во время пения, стояли со страхом и трепетом и молились каждый о своем согрешении; во святую четыредесятницу и во иныя посты, по вся годы, постились, приходили на исповедь к отцам духовным и по исповеди причащались Св. Пречистых Тайн, тем же, которые не удостоятся св. причащения, давать антидор и требить просвиры четыреконечнаго креста и у попов с причетники имать великопостныя сказки поимянно о постившихся и не постившихся по вся годы, с всякою подлинною очисткою и присылать сряду в архиерейский разряд; 3) чтобы в монастырях, в погостах и выставках у попов с причетники пришлых и своих приходов церковных раскольников отнюдь никого не было, а где таковые явятся, присылать их в Новгород».

Далее в грамоте делается распоряжение относительно суда и расправы. Этим распоряжением возлагалось на Антония: 1) «заведывать в своем заказе судом и расправою по всем духовным и по всяким архиерейским расправным делам, касающимся игуменов, строителей, черных и белых попов и дьяконов, церковных причетников и мирских всякаго чина людей, и к тем духовным судным делам предписывалось выбрать поповских старост и закащиков, людей добрых; кого б на такое дело стало, а для надзирания за церковным благочинием, – десятских попов, добрых же и учительных, 2) взимать с тех судных дел пошлины – с каждаго иска по гривне с рубля, да пересуду по семи алтын по две денги, мировых по две гривны, поклонных по шести денег; те же дела, по которым не можно было учинить указа, предписывалось высылать в Новгород в архиерейский разряд, за руками истцов и ответчиков и с отпискою; 3) по делам о духовных завещаниях, оставшихся после умерших, предписывалось тщательно допрашивать отцов духовных и сидельцов (свидетелей), которые в духовных будут записаны, и подьячего, который ту духовную писал, точно ли та духовная писана по велению умершаго, при его ли животе, при целом ли уме и при них ли сидельцах; а за тем по тем духовным умерших всякие животы переписывать и ценить вправду – и с того со всего брать пошлины с рубля по гривне».

Потом вменялось Антонию в обязанность: а) «чтобы чернцам и черницам, которые живут с мирскими людьми в одних домах, или в особных, но не в монастырях, велел жить в монастырях – мужскому полу в мужских, а женскому в девичьих; б) учинить заказ с подкреплением, чтобы игумены, черные и белые попы и дьяконы, и старцы и черницы на кабаки не ходили и в мире до великаго пьянства не упивалися, и пьяны по улицам не ходили, и не валялися, чтоб от того священному и монашескому чину во уничижении не быть; а буде кто... на кабак будет ходить и пить до великаго пьянства, и за то правил пени с перваго привода по полтине, со втораго – по рублю, с третьяго – по два рубли по осьми алтын по две деньги; в) чтобы разведывал в своем заказе, в которых домах девки и вдовы, а в монастырях старицы родят младенцев, и с тех, с кем они беззаконно прижили, правил пени по два рубли, по осьми алтын, по две деньги... а девок, вдов и стариц отсылал под началы в девичи монастыри и держал их в подначальстве недель по пяти и по шести и велел, чтобы впредь так не безчинствовали, а домы, в которых родят девки и старицы велел попом молитвою очищать и младенцев крестить без мотчания; да смотрел бы и затем, чтоб всякаго чина люди женилися по святым правилам, а не беззаконными браки и не в родстве». В заключение грамоты предписывается, чтобы «все судныя духовныя дела разбирались по святым правилам и по уложению, вправду, безволокитно, напрасных обид и нападков не было, под опасением строгаго наказания за неправосудие, и, наконец, чтобы судныя и всякия духовныя и расправныя дела, и пошлинные и поклонные и мировые и пересудные деньги и тому всему записные книги за руками присылались в архиерейский разряд, по вся годы, на срок – на Богоявление Господне».

Второю грамотою сообщается архимандриту Антонию, что с нынешнего 203 г. (1695) в городах и в уездах и в пятинах всей Новгородской епархии будут заведовать всеми духовными делами архимандриты, игумены, протопопы и поповские старосты, где кому будет указано, и потом перечисляются пошлины, какие должны собираться в архиерейскую казну, а именно: а) «с жилых церквей данные, с пустовых церковных земель оброчные, с поповых и с дворов причетников полоняничные деньги – по осми денег, да казенных пошлин по пяти алтын, по две денги с церкви, да с полоняничных проводных денег с рубля по гривне; б) с венечных знамен: с отрока, который женится на девке, – четыре алтына, с отрока, который женится на вдове второбрачной, или вдовец вторым браком женится на девке – шесть алтын; со вдовца, который женится на вдове, оба вторым браком – осм алтын две деньги; с отроков или со вдовцов, которые женятся на вдовах троебрачных, и со вдовцов, которые женятся третьим браком на девках, или оба третьим браком – десять алтын, да с тех же всех свадеб имать на приказ пошлин по шти денег с памяти; в) с новоявленных памятей, которыя даются дьячком и понамарем и просфирням имать по две гривне с памяти, а похоронныя памяти о погребении умерших скоропостижною смертию давать безденежно и от записи не имать ни почему; г) с судных дел пошлины имать по соборному уложению на виноватом; д) наконец с девок и вдов, которые родят младенца, а равно и на тех, с кем они приживут, править пени против прежняго  – по два рубли, по осми алтын, по две деньги на человеке».

После перечисления пошлин предписывается Антонию объявить грамоту об архиерейских окладных и неокладных денежных доходах духовенству своего заказа (Бежецкой и Дерев­ской пятин) и «все пошлины собрать на предбудущий 204 г. [1696] по вышесписанному расписанию чрез выборнаго поповскаго старосту, а в тех местах, которыя от Иверскаго монастыря и от выборнаго поповскаго старосты одаль, собрать пошлины чрез выборных же закащиков, которым велеть сбирать все налоги по указу не оплошно, наскоро, с великим радением, сполна, без недобору и с таким наказом, чтобы лишних денег не имали, налогов и убытков попам и причетникам и никому другому не чинили, венечных памятей не таили и неокладными доходами не корыствовались».

Затем в этой грамоте более подробно, чем в первой, излагаются обязанности архимандрита Антония и те духовные дела, которые он должен ведать в своем заказе, а именно: 1) «учинить попом крепкий наказ, чтобы во св. Божиих церквах пение у них было единогласно и на речь, и литургии Божественныя служили по новоисправленным печатным служебникам, над пятию просвирами четвероконечнаго креста; 2) во всех церквах по вся годы досматривать на престолех одеяния и препоясание, чтобы везде было цело, и в церквах были б новоисправленные служебники, и для крещения младенцев святое миро и на купели кади чистые, твердые и священники крестили младенцев в три погружения, а не обливанием, и запасные св. Дары были б в дароносицах на престолех; и в олтаре на престоле и над престолом и над жертвеником пыли и паучин не было, и священные сосуды и св. иконы обметали, чтоб всегда было чисто и иконы святыя стояли б в церкви по чину; 3) ведать духовныя дела вместе с поповским старостою, чинить суд вправду, безволокитно, и безо всякия поноровки, с судных дел имать пошлины с рубля по гривне, да пересуду и правого десятка по семи алтын по две деньги с суда на виноватом... и те денги записывать в неокладные доходы, особо, а дела, которыя не подлежат их решению, с истцами и ответчиками присылать в Новгород; 4) выдавая новоявленныя памяти дьячкам, пономарям и просвирницам розыскивать, чтобы двоеженцев не было, и просвирницы такожде были единаго умершаго мужа жена и в чистоте жила, а просвиры пекли б квасные из чистой белой пшеницы, со всяким опаством, и печатали б четвероконечным крестом; 5) на вдове и девке, которая родит младенца и на том, кто с ней прижил, править пени по 2 руб., по 8 алтын, по две денги на человеке, да им же учинить наказание – бить батогами; а которая вдова или девка о прижитии младенца ни на кого им явно не скажет, и те пенные деньги править на них – вдовах и девках, а за безчинство отсылать в женские монастыри под начал; 6) смотреть, чтоб черные попы и дьяконы у мирских церквей и в селах не служили, и простые чернцы в мирских домах не жили, и чтоб попы и дьяконы зазорных лиц, и всякие мир­ские люди у себя в домах наложниц не держали, и беззаконная скверна отнюдь в них не именовалась, а жили б попы и диаконы и всякие мирские люди во всяком благочинии и чистоте по св. правилам; а которые вдовые попы и дьяконы и мирские люди учнут в домах своих держать зазорных лиц и чинить беззаконство, и про то сыскивать до пряма, и по сыску указ чинить, до чего доведется; 7) учинить попом заказ накрепко разыскивать, чтобы всяких чинов люди женились ни в роду, ни в племени, ни в кумовстве, ни в сватовстве, ни в крестном братстве, и не от живые и постриженные жены муж, и не от живаго и постриженнаго мужа жена; и не четвертым браком, и не в престарелых летах, и не по неволе помещиков и вотчинников, и то велеть в венечных памятех описывать именно: чтобы пришлых людей без поручных записей, и помещиковых и вотчинниковых крестьян и бобылей и дворовых людей, которые учнут жениться на крестьянских, бобыльских и дворовых людей дочерях, на девках и вдовах иных помещиков и вотчинников отнюдь не венчали без отпускных и без венечных памятей; а которые попы учнут браки венчать без венечных памятей, и умерших скоропостижною смертию без похоронных погребать, и на тех попах править пени по два рубли, по осми алтын, по две денги на попе за свадьбу, а венечные пошлина вдвое; 8) досматривать у попов и дьяконов всех церквей ставленныя, а у вдовых патрахильныя грамоты и перехожия памяти, и если бы оказалось, что грамоты не подписаны местным архиереем, или что попы и дьяконы иных епархий служат без отпускных, а вдовые без патрахильных и подстихарных грамот, таковых попов и дьяконов отдавать на крепкие поруки с записями и отсылать в казенный приказ в Новгород; 9) накрепко розыскивать по челобитью об умерших скоропостижно, и того, кто умрет скорою смертию, без отца духовнаго, или в воде утонет не купаючись, или купаючись, а не играючись, или с дерева убьется и от чужих рук умрет, велеть похранять у церкви Божии с отпеванием, а который человек обвесится, или зарежется, или играючи утонет и опьется, или с кочели убьется, или иную какую смерть над собою своими руками учинит, и тех людей у церкви Божии не похранять, и над ним отпевать не велеть, а класть в лесу или на поле одаль от церкве, а не в убогих дому; 10) накрепко смотреть, чтобы черные и белые попы и дьяконы и чернцы и черницы на кабаки пить не ходили и не бражничали, а которые попы и дьяконы учнут ходить на кабаки и бражничать, и на тех попах и дьяконах править пени, впервые по полтине, в другой раз – по рублю, в третьи – по два рубли, по четыре алтына, по две денги, да их же отсылать под начал в монастыри на неделю и больше сеять муку; 11) а у которых церквей попов нет или которые попы за скорбию служить не могут, и у тех церквей на храмовые праздники, и для нужды приходских людей, велеть служить местным попом и дьяконом по совету, куды кто позван будет, а явки с них не имать; и за тем смотреть накрепко, чтоб поп, оставя церковь, к которой поставлен, не служил у другой церкве повседневно и двема б церквами не владел; 12) наконец архимандриту Антонию предписывалось учинить крепкий наказ попом и дьяконом и причетником, чтоб они на мирских людей ни в каких долгах и в крепостных и не крепостных делах мимо архиерейского суда, воеводам и приказным людем о суде не били челом и пред воеводою и приказными людьми ни в чем не отвечали и судом не искали, под великим запрещением и отлучением священства, а церковным причетником отлучением от церкви; а бить челом им во всяких делех воеводам мимо себя мирскому чину, кому они сами верят, чтобы попы и церковные причетники и на кружечный двор пить не ходили и в долг питья не имали, а которые попы, вопреки заказа, учнут на кружечный двор ходить и в долг питье имать, и на них по розыску править указные пени по уставной грамоте». Даже и бракоразводныя дела вверялись ему же, Антонию: «А которые люди, сказано в конце грамоты, учнут бить челом нам преосвященному митрополиту, мужи на жен и жены на мужей, а тебе приносить челобитныя о распущении супружества, и по тем челобитным розыскивать и челобитныя их и розыски и их челобитчиков высылать в В. Новгород и о том писать в архиерейский разряд».

Полагать надобно, что подобные же наказные грамоты разосланы были и в другие места епархии, так как в выборе в октябре 7204 (1696) г. поповского старосты в Нагорную половину Обонежской пятины Тихвинского заказу говорится, что выбор учинен по указу митрополита Евфимия и по приказу Тихвина монастыря архимандрита Макария. Помещаем здесь этот документ. В нем после перечисления всех погостов и причтов, которые выбирали поповского старосту, сказано: «Все мы Тихвинскаго заказу попы с причетники выбрали и излюбили меж собой Тихвинскаго посаду в поповския старосты Преображенскаго священника Нестера Васильева». А затем в выборе в виде инструкции излагаются обязанности, которые возлагались на выбранного поповского старосту. «Ему, поповскому старосте, по указу преосвященнаго митрополита, и по уставной грамоте, и по нашему поповскому выбору, на Тихвине и в Обонежской пятине в Нагорной половине, с  жилых церквей данные и с пустовых церковных земель оброчные и полоняничные деньги по окладным книгам, и казенныя пошлины и с полоняничных проводные собирать неоплошно, на нынешний 204 г. [1696] сполна, и неокладные доходы, и венечные пошлины, и с новоявленных памятей и с судных дел и с почеревных, потому ж сбирать против уставной грамоты, да с венечных знамен пошлин имать на приказ по шти денег с памяти, да емуж старосте сбирать и за десятилничи доходы, по уставной же грамоте, без недобору; и те окладные и неокладные всякие доходы записывать в книги, имянно, и над теми окладными и неокладными доходы ни какие тебе порухи не учинить. Да тебе ж, поповскому старосте, в церквах Божиих всякаго благочиния надсматривать, чтоб пение было единогласно, со вниманием, а не борзяся; и в великие посты, по вся годы, в своем заказе, нам попам с причетники учинил заказ с подкреплением, чтоб приходские люди всяких чинов в наших приходех к церквам Божиим приходили неленостно, и отцем своим духовным исповедывалися, и кто достоин, Святых Тайн причащалися, а которые не сподобилися, и тем людем велел антидор принимать и просвиры четвероконечнаго креста требить, а без исповеди никтоб отнюдь не был; а которые всяких чинов люди ко исповеди приходить не учнут и отцев духовных не имеют у себя многие годы, и у таких людей имать имянные росписи, за их руками, и приносить Тихвина монастыря архимандриту Макарию. Да тебе ж, поповскому старосте, учинить нам попом заказ, чтобы попы без венечных памятей свадеб не венчали, а венечные б памяти имали у тебя поповскаго старосты, и младенцев крестили б против уставной грамоты, у мужеска пола един восприемник, а у женска едина восприемница без восприемника». Затем следует рукоприкладство всех священников к выбору (…значится более 30-ти погостов и около 40 причтов).

Кроме вышеприведенных двух наказных грамот и выбора, не оказалось никаких иных записей и памятников о пастырской деятельности митрополита Евфимия в Новгородской епархии. Заметку, и то весьма краткую, о пастырских его трудах мы встречаем в надгробной надписи, которая сделана келейником его Терентием Феофановым; в ней сказано, что Евфимий, управляя Христовым стадом Новгородской митрополии один год и 7 месяцев, зело добре подвизался о церкви Христове и о душах христианских. По словам же современников, Евфимий любил жить пышно, устроял часто у себя пиры, угощая гостей своих то в посольской палате, где ныне церковь Св. Иоанна Архиепископа, то под раскинутыми шатрами на лугу под Юрьевым монастырем.

В ризнице Софийского собора хранится Евангелие – жерт­ва митрополита Евфимия, что видно из надписи, сделанной его собственною рукою на заглавных листах: «Сие святое Евангелие дал вкладу в дом Премудрости Божия в соборную церковь смиренный Евфимий митрополит». Евангелие это печатано в Москве 1681 года, индика 5, месяца Октоврия; верхняя доска его обложена серебром – гладким, золоченым, с четырьмя камнями красного цвета; трубы чеканные; на средине Воскресение Христово, по углам евангелисты чеканные, нижняя доска, серебряная, чеканная, на средине которой крест, с сиянием, по углам наугольники.

О кончине и погребении митрополита Евфимия имеется следующий рассказ у летописца: «В 205 г., [1697] в Филиппов пост, он заскорбел, и декабря в 4 день, пред обедней, собрався власти архимандриты и игумены, маслом святили, и после литургии причастился св. Христовых Тайн: и с 5 числа, к воскресению в нощь к Николину дни, в 7 часу нощи, преставися преосвященный Евфимий митрополит В. Новаграда и В. Лук, и вынесен из келии по записи, и поставлен на сенях в церкви Петра митрополита, и читали над ним Евангелие Софейский протопоп с братьею и девятопрестолия священницы; и по указу погребал Псковской митрополит Иларион, генваря 13-го, а погребен в соборной церкви в Мартирьевской паперти, подле Афония митрополита, и читали над ним дненощно 6 недель псалтырь, протопоп с братиею, певчие и подьяки».

На погребение его сочинен неизвестно кем кант «Взирай с прилежанием тленный человече» и проч.

На плите, вделанной в стену собора, против того места, где погребен митрополит Евфимий, выпуклыми славянскими буквами высечена следующая надпись: «Лета 7203 (1695) мироздания, Декабря в 6 день, на память великаго святителя Николая Чудотворца, преставися (здесь, очевидно, год перевода Евфимия на Новгородскую кафедру принят за год его кончины) Раб Божий В. Новаграда преосвященный Евфимий митрополит и погребен в великой соборной Софийской церкви, на сем месте, преосвященным Иларионом митрополитом Псковским и Изборским, и всем священным собором, правившу ему Христово стадо Новгородской митрополии едино лето и седмь месяц, зело добре, подвизася о церкви Христове и о душах христианских. Изобразися сия дщица тщанием и иждивением келейника его Терентия Феофанова».