В Софийском соборе почтили память протиерея Николая Гурьянова

24 августа 2019 года митрополит Лев в сослужении духовенства совершил Божественную литургию в Софийском соборе. За Литургией совершалась молитва об упокоении одного из наиболее почитаемых старцев XX - XXI веков - протоиерея Николая Гурьянова. В этот день исполнилось 17 лет со дня его кончины. 

После Литругии была совершена панихида по протоиерею Николаю Гурьянову.

Гурьянов Николай Алексеевич родился в селе Чудские Заходцы Санкт-Петербургской губернии, 24 мая 1909 года. Его отец Алексей Иванович служил регентом церковного хора. Мать Екатерина Стефановна, благочестивая женщина, исполняла обязанности по дому, помогала мужу в воспитании детей. После его смерти в 1914 году вся тяжесть ответственности за семью легла на ее плечи. Николай с детства воспитывался в рамках христианских традиций. Он с радостью прислуживал в церкви села Кобылье Городище, приучался к молитве, любил слушать церковное пение. Время от времени, когда местные богомольцы собирались в паломничество по святым местам, Николая брали с собой.

Будучи отроком, он сподобился побывать на острове Талабск (годы спустя это место стало для него местом подвижничества). Около 1920 года настоятель церкви, в которой прислуживал Николай, взял его в город Псков. Их путь лежал по глади озера. На острове Талабск сделали остановку и посетили тамошнего прозорливца Михаила. Прозорливец, встретив гостей, подал пастырю маленькую, а Николаю большую просфору. По достижении более зрелого возраста Николай поступил в педагогический техникум в Гатчине. По выпуске из техникума продолжил образование в Ленинградском педагогическом институте. Николай отличался волевым характером. В 1929 году, движимый ревностью о Господе и душевным порывом, он публично и резко высказал негодование против закрытия одного из городских храмов. Это мужественное выступление, противоречащее идеологии и политике партии, продвигавшейся в направлении коммунизма, вызвало недовольство, и институтское руководство исключило Н. Гурьянова из числа студентов. Какое-то время Николай преподавал физику, математику, биологию в школе города Тосно, служил псаломщиком в церкви села Ремда.

Развернутые безбожной властью гонения на христиан не прошли его стороной. В мае 1930 года он попал под жернова государственной репрессивной машины: Николая обвинили в контрреволюционной деятельности и выслали на два года с территории РСФСР. Прибыв в УССР, в село Сидоровичи, он вновь проявил свою религиозную активность – устроился псаломщиком. Вскоре нашлись «неравнодушные» люди, которые сообщили «куда следует», что Николай Алексеевич ведет нездоровую агитационную деятельность, развращает людей россказнями о Боге, вербует молодежь в церковный хор. Эти сигналы не остались без внимания. В марте 1931 года Н. Гурьянова взяли под стражу по «делу кулаков».
В ходе разбирательства выяснилось, что обвиняемый Гурьянов никакого имущества не имеет, а имеет лишь ревматизм. Да и сам обвиняемый своей вины не признал. Между тем имущественный вопрос и не был приоритетным, ведь дело касалось антисоветской пропаганды. В августе 1931 года Николая приговорили к ссылке на три года в Северный край. Так он попал в Сыктывкар, участвовал там в строительстве железнодорожного пути. Иногда приходилось работать в ледяной воде, отчего заключенные гибли. Работая в этих нечеловеческих условиях, Николай подорвал свое здоровье. Кроме того, он получил повреждение ног при работе со шпалами.

По одним сведениям он был освобожден в 1937 году, а по другим – в 1942. После освобождения Николай Алексеевич, как не имеющий права жить в Ленинграде, был выслан за пределы города. Какой-то период он работал школьным учителем в Тосненском районе.
Во время Великой Отечественной войны Н. Гурьянов, ввиду болезни ног, не был мобилизован в армию. В период фашистской оккупации его принудительно отправили в Прибалтику. В феврале 1942 года митрополит Виленский Сергий посвятил его в сан диакона, а несколькими днями позже – в сан священника. В 1942 году он прошел обучение на богословских курсах в городе Вильнюсе. Затем какое-то время служил в Рижской женской Троице-Сергиевой обители, после чего – в Виленском Свято-Духовом монастыре. С июля 1943 года отец Николай исполнял обязанности настоятеля храма святителя Николая, располагавшегося в селе Гегобросты. По воспоминаниям современников, прихожане относились к нему с большим уважением; сам же пастырь относился к ним с большой добротой, приветливостью и отзывчивостью. Отмечают, что несмотря на бедность прихода, он отличался благоустроенностью. Как ни трудно было найти средства, необходимые для ремонта и содержания храма, помощью Божьей храм был благолепным.

В период с 1949 по 1951 год отец Николай обучался заочно в Ленинградской духовной семинарии. Окончив ее, он продолжил образование в Ленинградской духовной академии, но проучился только один год. В 1956 году отец. Н. Гурьянов удостоился сана протоиерея. В 1958 году, по распоряжению церковного начальства, он был переведен на служение в Псковскую епархию. Из соображений церковной экономии и учитывая собственное желание отца Николая, его определили настоятелем в храм святителя Николая, располагавшийся на территории рыбацкого острова Талабск в Псковском озере, том самом, где когда-то прозорливец вручил ему большую просфору. На этом острове батюшка провел несколько десятилетий своей жизни.

Отец Николай поселился на окраине острова в крохотном домике, вместе с матерью, Екатериной Стефановной. Братья подвижника погибли на фронте и он, как мог, сглаживал материнское горе, а она, чем могла, помогала любимому сыну. Поначалу отец Николай вызывал подозрения у неверующей части островитян, но со временем люди увидели в нем ревностного и смиренного Божьего угодника. Служил он один, сам пек просфоры, сам ремонтировал церковь. Случалось, что он священнодействовал в пустом храме. Было трудно, а однажды, когда его мучили сильные переживания, маленький ребенок, словно бы вникнув в сознание умудренного мужа, попросил его не уезжать. Отец Николай воспринял эти слова как глас Божий и ободрился.

Наряду с исполнением пастырских обязанностей батюшка старался облагораживать остров, сажал саженцы, заботливо их поливал, таская из озера десятки ведер воды. Нередко, даже и без приглашения, он посещал дома тех, кто нуждался в его пастырском утешении, слове и благословении. Бывало, что отец Николай присматривал за стариками, нянчился с детьми прихожан. Все это не могло не отразиться на людях. Когда одна из жительниц написала на батюшку клеветнический донос, местные рыбаки, вернувшись с лова, вопреки обычаю не положили ей рыбы. Так они выразили и свое отношение к пастырю, и свое отношение к ошарашенной их поведением доносчице.

Со временем едва различимый на географической карте остров Талабск стали негласно именовать островом Православия. Слава об отце Николае и его деятельности распространилась далеко за окрестности Псковской земли. Помимо ревности и усердия Бог наградил батюшку даром прозорливости. Рассказывают, что иногда старец сообщал даже и о судьбе пропавших без вести людей. В семидесятые годы к батюшке стали стекаться десятки верующих из разных уголков необъятной страны. Бывало, что из-за большого наплыва посетителей он не мог найти себе и минутки на отдых. Правда, принимал он не всех. Иногда он мог позволить себе строгий вопрос: зачем ты приехал (приехала)?

В числе духовных чад отца Николая были миряне, монахи, священники. Он по праву считается одним из наиболее почитаемых старцев XX-XXI века. 24 августа 2002 года отец Николай Гурьянов почил о Господе. Смерть застала его на месте его подвигов, на острове Талабск.


Его Высокопреосвященству сослужили клирики Софийского собора: протоиерей Александр Ранне, протоиерей Алексий Судоса, иерей Николай Полозов, иерей Феодор Середа.

Богослужение сопровождалось пением хора Софийского собора под управлением регента Марии Клеоповой.