Епископ Арсений: Вера апостола Фомы не уступает вере других апостолов, и даже превосходит ее

5 мая 2019 года, в Неделю 2-ю по Пасхе, апостола Фомы, епископ Арсений совершил Божественную литургию в Воскресенском храме деревни Зайцево.

После Причастия был совершен крестный ход. По окончании богослужения владыка обратился к молящимся с архипастырским словом: «Сегодня мы сугубо вспоминаем апостола Фому, одного из двенадцати. И если в первых трёх Евангелиях его имя просто упоминается в списке апостолов, то в Евангелии от Иоанна ему уделено куда большее внимание. Мы привыкли к расхожему выражению «Фома неверующий», якобы это выражение должно напоминать нам этого апостола Фому, который усомнился в истинности воскресения. Как мы слышали из сегодняшнего Евангелия, когда десять апостолов стали уверять его, что они видели воскресшего Господа, то он сказал им: «Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю» (Ин. 20:25). 

Если бы этот человек был неверующий, первое Воскресение после Пасхи не было бы посвящено ему, наоборот, насколько мы можем понять из Евангелия, это был один из наиболее преданных и верных Господу Иисусу Христу учеников. Так в Евангелие от Иоанна, накануне воскрешения Лазаря, когда Господь Иисус Христос был в Галилее, и Ему пришла весть о том, что Лазарь болен, Он сказал Своим ученикам, что отправляется разбудить его. Тогда ученики сказали: «Равви! давно ли Иудеи искали побить Тебя камнями, и Ты опять идешь туда?» (Ин. 11:8). После этого Христос уже прямо сказал: «Лазарь умер; и радуюсь за вас, что Меня не было там, дабы вы уверовали» (Ин. 11:14-15). Ученики ничего не поняли из того, что Он сказал, но они понимали, что Христос отправляется снова туда, где Ему ещё недавно угрожала смертельная опасность, которая не исчезла, которая и привела Его на Крест.

Только Фома, единственный из двенадцати, сказал: «Пойдём, и мы умрем с Ним» (Ин. 11:16). После этого Господь приходит в Вифанию, и происходит то, о чем мы читали и вспоминали в Церкви в день Лазаревой субботы - воскрешение Лазаря Четверодневного. Ещё раз апостол Фома упоминается в Евангелии от Иоанна, перед Воскресением во время прощальной беседы Господа с учениками, этого трогательного наставления Христа Своим апостолам накануне Его ареста, и среди прочего говорится: «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга. По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:34-35). Далее Господь говорит: «А куда Я иду, вы знаете, и путь знаете» (Ин. 14:4), и именно Фома замечает: «Господи! не знаем, куда идешь» (Ин. 14:5). «Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Ин.14:6), - ответил ему Христос.

Именно этому апостолу суждено было послужить орудием промысла Божиего для первого поколения христиан, и для всех последующих, для того, чтобы на его примере, во-первых, утвердить истину Воскресения, а во-вторых, благословить всех верующих во Христа. В Евангелие от Иоанна мы читаем, что первое явления Господа после Воскресения было десяти апостолам, в отсутствие Фомы, и вот, когда они стали рассказывать, что видели Господа, то первой реакцией Фомы были слова: «Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю» (Ин.20:25). Это не делает его неверующим, любой человек бы так сказал. Никто из апостолов не поверил словам жен-мироносиц о том, что они видели ангелов и даже Самого Господа, они подумали, что женщины сошли с ума. Но и после того, как им самим явился воскресший Господь, мы видим, что сомнения даже не сразу отпали.

Воскресший Христос показывал им Свои руки и ноги, говорил, что «дух плоти и костей не имеет» (Лк. 24:39). Он являлся снова и снова в разных обстоятельствах: дверем затворенным, на горе в Галилее, на озере Тивериадском, и даже в момент Вознесения, как описывает это Евангелист Матфей, все равно мы видим, что приступили к Нему ученики и одни «поклонились Ему, а иные усомнились» (Мф. 28:17). Поэтому тут вера апостола Фомы ничем не уступает, а даже превосходит веру других апостолов. Ведь и Евангелие даже не говорит о том, что он, встретив воскресшего Господа, стал щупать Его раны, влагать руку в ребра, в рану от копья, как он собирался, по-видимому, сделать. Он только сказал: «Господь мой и Бог мой» (Ин. 20:28). Ни у одного из апостолов мы не встретим такого исповедания, ни до Воскресения, ни после. Ближе всего к этому, конечно, исповедание апостола Петра: «Ты - Христос, Сын Бога Живого» (Ин. 6:69), но так прямо, так искренне и так глубоко исповедал именно Фома: «Господь мой и Бог мой» (Ин. 20:28), одно из редких и одно из прямых свидетельств о Божестве Христа в Новом Завете.

Это свидетельство, которым живет Церковь, эту веру апостолы пронесли по всему миру, утвердив Церковь, призвав первых верующих. Эта апостольская проповедь сквозь века достигла и наших дней, и мы тоже, услышав ее, собрались в Церковь, назвали себя верующими, учениками Господа. Исповедание апостола Петра и апостола Фомы и всех апостолов - это и наша с вами вера. Если мы будем об этом помнить, если это исповедание будет нашей жизнью, тогда и наша жизнь примет правильное измерение, христианское, евангельское, измерение святости, открытости, не только Богу, но и людям. Если мы будем всегда жить в свете воскресшего Господа и Бога, то это исповедание станет содержанием нашей вечной жизни: «Господь мой и Бог мой» (Ин. 20:28). Аминь!».