Митрополит Новгородский и Старорусский Лев совершил Божественную литургию в Спасской церкви д. Быково

11 сентября 2012 года, в день Усекновения главы Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна и Всероссийский день трезвости, Митрополит Новгородский и Старорусский Лев совершил Божественную литургию в Спасской церкви д. Быково Валдайского округа.

Его Высокопреосвященству сослужили: насельник Иверского мужского монастыря иеромонах Евсевий (Голубев) и клирик Софийского кафедрального собора священник Николай Полозов.

Богослужение сопровождалось пением мужского хора студентов Новгородского Духовного училища и всех молящихся в храме под управлением регента диакона Андрея Каурова.

По окончании литургии на погосте с. Еглино  Валдайского округа, рядом с церковью Преображения Господня, собрались духовенство и миряне, чтобы в день расстрела генерал-лейтенанта Косаговского Владимира Андреевича молитвенно почтить его память. Митрополит Новгородский и Старорусский Лев освятил надгробный памятник на могиле генерала и совершил заупокойную литию. 

По окончании литии Владыка Лев обратил внимание присутствующих на трагические обстоятельства убийства выдающегося военачальника,  кровожадность и безумство людей, стрелявших в  него  лишь за принадлежность к сословию и не задумавшихся, что перед ними герой, сохранявший долгое время мир на южных границах Российской империи. Также Владыка отметил тот факт, что генерала Косаговского любили и уважали крестьяне, которые до последнего пытались спасти его, а после гибели тайно захоронили тело.  

В этот же день, в  поселке Приозерный (ранее Погостиха), в поместье семьи Косаговских, на родовом «барском» доме, где родился, а затем  был расстрелян генерал, открыта мемориальная памятная доска.


Историческая справка

Родился Владимир Андреевич недалеко от Валдая в родовом имении Погостиха (пос. Приозерный), в старом барском доме 14 января 1857 г.

Закончив 1-ю Московскую гимназию, Николаевское кавалерийское училище, Косаговский в 1876 году был призван в старшие корнеты 12-го гусарского Ахтырского полка. Менее чем через год он — поручик, отрекомендованный в действующую армию, участник русско-турецкой войны 1877—1873 годов. За отличие в сражении был награжден орденом Святой Анны 4 степени «За храбрость». Это была его первая награда, всего их будет более двадцати.

По окончании войны учился в Николаевской академии генерального штаба. В 1885 году был причислен к генеральному штабу и назначен старшим адъютантом штаба 2 Кавказской казачьей дивизии. С 1888 г. капитан Косаговский командует эскадроном в 22-м драгунском Астраханском полку, служит в штабе Кавказского военного округа. С 1894 по 1902 гг. был представителем генерального штаба в Персии, заведующим обучением персидской кавалерии.

Благодаря его умениям, таланту, дружбе с шахом в стране и на русской границе поддерживался порядок и спокойствие — свидетельством тому многочисленные русские и иностранные награды этого времени, два очередных воинских звания, которые он получил в этот период. В связи с началом русско-японской войны 1904 — 1905 гг. генерал-майор Косаговский вновь в действующей армии в качестве начальника укрепленного региона в Манчжурии, начальника Ляохейского отряда, Приамурской казачьей бригады. В битве при Ташичао (Дашичао) был ранен картечью в живот, но остался на поле брани и был награжден золотым Георгиевским оружием. За сражение при Сандепу представлен к золотому Георгиевскому кресту, который вследствие интриг и последующей отставки так и не получил.

С 1906 года он жил в своем валдайском имении Погостиха. В годы первой мировой войны назначения в действующую армию не получил как человек независимых убеждений, отрицательно относившийся к интригам при дворе. Впрочем, в интриги оказался вязанным и сам генерал: с 1914 по 1917 гг. длилось судебное разбирательство по делу Косаговского. Став жертвой обмана, нескрываемой наглости, несправедливости, он почти разорился. Давно уже не появлялся он в парадном костюме с алмазным блеском наград. Сохранился удивительный по своему духовному строю снимок 1917— 1918 гг., на котором в почти мужицком облике отставного генерала виден и прежний Косаговский, и совершенно новый, удивительно цельный, строгий, как бы ушедший в себя, свою боль за судьбу Отечества. Он стал иным.

В июне 1917 г. он пишет: «...Духом я все-таки бодр: копаю сад и огород сам поливаю, кошу и т.д. , за четверых. У меня, «барина», огород — это в нынешнее-то время, когда нет рабочих рук — лучше «чем бывало при царе, гораздо лучше, чем у «товарищей»: они о земле деревне пререкаются в городах, а я эту самую деревенскую землю упорно ковыряю, как умею и пока что не голодаю».

Но беды не оставляли в покое Погостиху. И чем больше их сваливалось на голову отставного генерала, тем большую поддержку он чувствовал от крестьян. В марте 1918 г. Советы наложили на Косаговского контрибуцию в сумме 1500 рублей. Нужных денег нищий генерал, у которого почти все было национализировано, не собрал, и приготовился было ехать в Валдай, сдаваться властям, садиться в тюрьму. И тогда произошло непредвиденное. Крестьяне окружных деревень выкупили «барина», внеся за него деньги и огласив решение сельского схода пяти деревень с желанием жить рядом со своим барином, от которого никогда ничего худого не видели. Русские люди всегда ценили открытость, добросердечие, искренность и прямоту генерала и в трудные времена 1917—18 гг., как могли, защищали его от «товарищей». Попытки ареста, расправы над Косаговским были в марте, апреле, июне 1918 г. И всякий рез крестьяне Лучек, Серганихи и других деревень его буквально отбивали от солдат. Было ясно, что в покое его не оставят. Так и случилось. Генерал был расстрелян. Крестьяне тайно похоронили его на погосте Еглино возле Преображенской церкви, рядом с могилой его родителей.