Мысли в Великопостную бессонницу

И вспоминается Моисей. 40 лет он водил народ Божий по пустыне, ожидая, пока народ поймет: он – Божий. А народ вопил: ««Хотим есть! Хотим! Хотим!» Как наша плоть в пост…

Чем отличается бессонница в Великий пост? Во-первых, успокаивающий чаек уже не закусишь бутербродом с колбасой. Во-вторых, мысли приходят в голову совсем не обычные, а великопостные.

Например, почему-то вспоминается Моисей. 40 лет он водил народ Божий по пустыне, ожидая, пока народ поймет окончательно, что он – Божий. Но евреи всегда отличались удивительной непонятливостью и недоверчивостью… Любое из грандиозных чудес Божиих могло убедить каждого в особенном покровительстве Свыше, но только не потомков Авраама. Какие еще удостоверения были нужны после чудесного бегства из Египта, прохождения через Красное море, избавления от армии фараона? Но евреи, как избалованные дети, снова и снова кричали: «Хотим есть! Хотим пить! Хотим домой!».

Я это слышу каждый раз, как иду с малышами в зоопарк или еще куда-нибудь.

Бедный Моисей! Я очень хорошо понимаю его поступок, когда он спустился с горы Хорив, а тут в лагере такое!.. У меня у самого часто по дороге в зоопарк появляются мысли взять меч и порубать в капусту и львов, и медведей, и козлов. Козлов особенно.

Ах да, еще это забыл: «Хотим в туалет!»

Я, кстати, считаю, что все продавцы попкорна и сладкой ваты заслуживают отдельной благодарности. Спасибо вам, друзья! Вы дарите измученным родителям десять, а то и целых пятнадцать минут покоя! Интересно, а о чем думал Моисей, глядя, как его мучители собирают манну небесную?

40 лет несчастный Моисей водил народ по пустыне, ожидая, пока сбудется пророчество Божие и самый последний из непокорных не отойдет в мир иной. Поэтому мне всегда несколько обидно читать строки про чудо с водой из камня и мысленное падение Моисея при этом. Ну довели же человека!

И вообще за Моисея обидно. В Землю Обетованную не вошел, где могила – неизвестно, даже служба в Церкви этому великому пророку и боговидцу не имеет праздничного знака, то есть самая малая по церковному уставу. Как же так?! Но я твердо верую, что в Царстве Небесном пророк Божий почтен соответственно его трудам. Молись о нас, угодниче Божий, чтобы мы смогли без искушений совершить свой путь!

Великий пост – это наша пустыня. Пасха Христова – Земля Обетованная. Дух ведет нас упорно вперед, 40 лет как 40 дней поста. Духу усиленно сопротивляются плоть и душа. Плоть визжит: «Хочу перепелов!» Душа томным шепотом просит развлечений. Дух – наш личный Моисей – пытается воспитать (или сломать?) плоть и душу, переформатировать греховные желания в алчбу истины и благодати.

Душа делает вид, что смирилась, и ждет, когда Дух взойдет на гору Хорив для богообщения. И тут начинается в стане ума мысленная брань – как раз у подножия горы. И пока Дух не сойдет с вершины ума в глубину сердца и мечом Иисусовой молитвы не порубает непокорных, толку не будет.

Плоть – еще та приспешница души. Всяко отравляет великопостный подвиг. Как Дафан и Авирон, постоянно пытается оспорить первенство Духа. Что делать! Приходится морить ее голодом.

Каждый день, проведенный в пустыне этого поста, дает понять одно: ветхий наш человек должен там умереть. Тогда обновленный перейдет через реку Иордан и войдет в землю Пасхи обетованной.

Или, например, царь Давид. Ведь было у человека всё, а показалось, что мало. Ну не так ли мы все поступаем? И три раза поешь, и пять, и все мало! И еды мало, и развлечений мало, и… других удовольствий.

Как же я могу его осуждать, когда я сам – утроба ненасытная? Это только в начале поста, да еще с утра хитрая плоть прикидывается глупенькой: «Мне, мол, достаточно чуть-чуть кашки, и все». А уже днем ласково так: «Ну, разве что добавь еще немного вареных овощей, постник ты мой ненаглядный». И дух, сломленный слащавостью обращения, соизволяет еще пару ложечек. И, пока еще вторая ложка во рту, тут уже плоть выставляет всю свою наглую звериную харю и вопит: «Еще хочу! Еще! Еще!»

То же самое и во всем остальном.

Ночь – время откровений. Это у святых – откровения святые. А у меня, к сожалению, в основном открывается какая-то дрянь.

Я уже представляю, как в комментариях мои православные читатели укоризненно качают головой и говорят: «Ай-яй-яй, а еще батюшка!» На это могу заметить только одно: этот текст написан для грешников. Праведников отсылаю к изучению поздневизантийской антропологии в исихастских трудах святителя Григория Паламы.

Итак, ночью особенно ярко выясняется, что все мы люди. Преподобному Иоанну Колову, когда он был еще только послушником, чтобы понять это, нужно было провести ночь на морозе. В многодетной семье все это ясно и без обморожений. Да и в «малодетной» семье, которая обычно ютится в малогабаритной квартире, это не тайна за семью печатями.

Все мы обычные люди с необычными тараканами в голове. И что есть Великий пост, как не грандиозная травля этих самых тараканов?

Читая Библию своим детям, снова и снова понимаешь, что вся история от Адама до Христа учит нас смирению, правда, в основном теоретически и на негативном опыте. История от Христа учит нас смирению уже воплощенному, положительному и практическому. Мне кажется, что каждый человек в своей жизни тоже проходит все стадии этого библейского научения. Начинаем мы сразу с изгнания из Рая, с египетского плена неверия. Приход из атеизма к Богу с чудесами и силой – это исход из Египта в Землю Обетованную. Неофитство – Царство Иудейское под управлением царей Давида и Соломона. А теперь у нас – долгое Вавилонское пленение. Может, и по этой причине тоже в Великий пост мы поем про Вавилонский плен?

Как все казалось легко под началом царя Давида! По молитве проливался и прекращался дождь, автобусы приходили не по расписанию, страсти отступали, бесы с криками отбегали! Казалось, еще немного, и пора будет в пустыню.

Мог ли я тогда знать, что все это – аванс и бесплатная дегустация благодати?.. Теперь, чтобы стяжать хоть каплю ее, нужно проливать пот, слезы и кровь. А если ты не готов их пролить, то обратишься в соляной столп. Мертвый столп веры. Памятник новозаветному фарисею.

Человек в Вавилонском пленении понял главное: он никто и ничто. Как святые три отрока с готовностью идут в печь – не потому, что уверены в помощи Божией. Они со смирением говорят, что Господь хоть и силен их спасти, но, возможно, и не сделает этого по грехам их.

Это осознание всемогущества Божия и собственного недостоинства перед Ним – самое главное достижение

Это осознание всемогущества Божия и собственного недостоинства и никчемности перед Ним – самое главное достижение воцерковленного человека. Его не знает атеист, не знает захожанин, не прочувствовал неофит. Оно складывается из опыта падений и восстаний.

За 40 лет в пустыне через Моисея было совершено множество чудес, но они не вразумили многих людей, и они погибли, не смирившись. За 40 дней Великого поста мы тоже многократно встречаемся с проявлением Божественной благодати как вовне, так и внутри себя. И это должно научить нас только одному – сознанию собственной никчемности и величия Божия.

Если вся наша жизнь – это школа смирения и любви, то Великий пост – это курсы повышения квалификации. Каждая исповедь – зачет, а молитва – домашнее задание. Экзамен будет на Пасху.

Будем готовиться все вместе.

Священник Сергий Бегиян